Молот империи (часть 2)

А после Ян всегда провожает Аниту и Марию до женского общежития по темноте, Громова пойдёт с ними. И под присмотром охраны.

— Ну и о чём ты хотел поговорить? — тихо спросил я.

— Та лестница сегодня, помнишь? — быстро заговорил Келвин. — Она не просто так оторвалась. Лина из моего класса видела вчера вечером человека, который по ней забирался и что-то с ней делал. Вроде даже пилил. Но сказала только сейчас, когда никого не было.

— И что дальше?

— Я думаю, это может быть связано с той нашей поездкой, — он начал очень тихо шептать.

Я ждал, не подтверждая и не опровергая.

— Так вот, — сказал Келвин. — Я думаю, они хотели, чтобы я с этой лестницы сорвался и убился. И хочу попросить тебя о помощи. Потому что не знаю, что там будет и кого попросить ещё, но ты явно справишься, если там действительно убийца.

Он посмотрел на мои руки с расстёгнутыми рукавами.

— Знаешь, кто этот человек? — спросил я.

— Да, — он огляделся по сторонам и зашептал. — И я даже знаю, где он сейчас находится.

— Показывай.

Глава 4

Келвин вёл меня вперёд, к ангару, где стояли ригги. Массивное здание виднелось далеко в темноте.

— Это кто-то из охраны? — шёпотом спросил я.

— Нет. Это уборщик.

— Уборщик? — я остановился от удивления. — Кто именно?

— Он убирает подсобки и там, где хозяйство, — Келвин показал на юг. — Там, где держат курочек и всякую прочую живность, которой мы питаемся…

— Говори по сути, Рэгвард.

— Понял. Может, ты помнишь, это тот толстяк, у которого нет переднего зуба. Валентин тогда при всех сказал, что ему этот зуб жена выпер… выбила, в общем, и Валь до сих пор держится от него подальше.

Ну это не Радич, а то бы я ему башку оторвал за эти интриги. У Радича зубы на месте, и он худой.

— И он полез подпилить тебе лестницу? — спросил я, не скрывая недоверия.

— Лина сказала так. А я не знаю, кому можно верить, потому что дела вокруг творятся очень странные.

— Келвин. К сути!

— Я хочу убедиться, что это случайно, — сказал он. — А если нет, то прошу о помощи. Знаешь, я как-то боюсь умирать в таком возрасте. Особенно если это выставят за несчастный случай. И что хуже всего — мои родичи будут за меня мстить империи, а это — война на годы.

Мы продолжили путь. Изо рта шёл пар, я завязал колючий шарф покрепче.