DISCIPLES. Тайна Серебряного Храма

Мастер Рагуст Белый Медведь специализировался на обучении правильного ведения боя против не умелого, но многочисленного противника. Правильность исполнения наносимого при этом ограниченного набора точных и выверенных до миллиметра ударов позволяла существенно экономить паладину далеко не безграничные силы, и держаться достаточно долго против наседающей толпы до прихода помощи.

Мастер Труст Бурый Сокол обучал Атена технике безоружного ведения боя против вооружённых врагов. Это умение было необходимо, если в бою, в силу каких-то непредсказуемых обстоятельств, паладин лишался своего верного меча.

Собравшиеся вместе в храмовом дворе мастера-паладины о чём-то едва слышно друг с другом переговаривались, не отрывая жадных взоров от поединка претендента с их седьмым коллегой – мастером Крезом Жёлтым Журавлём, в обязанности которого, как непосредственного наставника, вменялось обучение претендента безупречному владению грозным оружием всех без исключения паладинов – большим двуручным мечом.

Вдруг посреди жаркого боя случилось доселе небывалое – вместо очередной атаки, наставник отступил на несколько шагов назад и вознёс меч над головой в торжественном салюте.

До потрясённого претендента не сразу дошёл смысл произошедшего. Лишь когда наставник впервые за почти что год укоризненного молчания обратился к своему ученику, Атен понял, что в это утро ему, наконец, удалось невозможное.

– Поздравляю, достойный сэр Атен, – объявил глядя ему прямо в глаза седой паладин Крез Жёлтый Журавль совсем не старческим, сильным и уверенным голосом. – Я не смог одолеть тебя в этот раз, посему объявляю во всеуслышание, что твоя безупречная защита уже вполне достойна высокого звания паладина. Но прошу, прими к сведению, мой славный ученик, что с одной лишь идеальной защитой противника не одолеть. Рекомендую последние дни до итогового испытания посвятить отработке приёмов нападения.

Седой паладин поклонился своему ученику и первым покинул истоптанную брусчатку. Сразу же следом за ним разошлись и остальные мастера-инструкторы. Атен остался один посреди опустевшего двора, смакуя долгожданную похвалу наставника.

Повод для гордости у молодого претендента был более чем весомый.