Схрон. Дневник выживальщика. Книга 4

Лишь бы не нажрались они снова.

Выглянув из-за угла, тут же отпрянул прочь. По улице медленно ехал уазик. Ментовский. С включенными мигалками. Я присел за сугроб, жалея о том, что нет шапки-невидимки. Пронесло. Машина проехала мимо. Через открытое окошко были слышны переговоры по рации на пендосском языке.

Бля, походу все силы подняли на поимку меня. Как я завтра пойду на стадион? Наверняка, уже везде висят ориентировки, фотороботы… надо будет как-то сменить внешность. Но как? Даже бороду не отрастишь за это время.

Хм… бороду… а что, может, Егорыч поделится своей? Интересно, как он отреагирует на такое предложение? Неслышной тенью я отправился дальше.

Уже виднелись склады и корпуса промзоны, где находится будка Пахомыча, когда вновь показались солдаты противника. Не патруль в этот раз. Полноценное подразделение. Двадцать пять-тридцать экипированных янки шагали, бдительно чекая сквозь прицелы во все стороны. Я находился возле какой-то кирпичной постройки. Но сейчас они будут здесь и увидят меня! И бежать некуда, на открытом пространстве нашпигуют свинцом из своих «Эмок».

О, да тут есть дверца! Нырнув в темное вонючее помещение, я прикрыл за собой и стал наблюдать через щель. Сердце стучало, как отбойный молоток, под топот армейских ботинок проходящего отряда. Рука скользнула к револьверу… но какой с него прок? Не хватит патронов, чтобы всех перестрелять. Колонна миновала мое укрытие. Я уже собрался перевести дух и закурить, когда один из солдат оторвался от остальных и зашагал, конечно же, прямиком ко мне.

Нет! Это фиаско, братан! Солдера окликнул, видимо, командир. Тот что-то ответил, рассмеялся. Без мухоморов я не особо понимал английский. Но, походу, он просто решил поссать? Может, не будет заходить внутрь?

Но пендос, вытащив из подсумка рулон туалетной бумаги, ускорил движение. Он точно щас зайдет внутрь! Куда тут спрятаться? Здесь просто тесная каморка!

Дверь отлетела от резкого пинка. Солдат ворвался внутрь, на ходу сдергивая портки. Раздались не очень приятные звуки, какие обычно издает срущая жопа.

– О май гад, оу, еее… – кряхтел пендосец.

Если бы он поднял голову, то увидел бы меня, висящего в распоре под потолком, словно гигантский черный паук. Так часто делал Джеки Чан в своих фильмах, видать, поэтому эта уловка пришла на ум в критическую минуту. В зубах у меня был нож. Руки-ноги еще могли держать тело, так как были отлично накачаны, но вот челюсти уже адски сводило. Надо было прикусить за ручку, а не за лезвие.