Комбо-Психо. Книга 1

Вчера, в дополнение к медитациям, я потратил час за чтением находящихся в открытом доступе личных дел студентов, а также студенческих стенгазет, повествующих о соревнованиях, в которых Глен участвовал за пять лет учёбы.

Конечно, полного понимания того, как он сражается и какие заклинания использует это не дало. Но как минимум я смог составить первое впечатление и разработать несколько стратегий противостояния.

Глен относился к тому немногочисленному типу магов, что предпочитали ближний бой дальнему.

Используя заклинания телесного усиления, стихию ветра и взрывную магию для увеличения разрушительной мощи ударов, для неподготовленного мага-дальника он мог стать настоящим кошмаром.

Однако такой стиль, хоть и давал немало преимуществ, также имел и определённые недостатки, иначе все маги давным-давно перешли бы на ближний бой. Самым очевидным недостатком было то, что, если Глену не удавалось сократить дистанцию, он оставался практически беззащитен перед дальними атаками противника.

И это было первое, что я хотел попробовать.

Телекинез, ставший ещё более совершенным по сравнению со вчерашним днём, обратился в длинную ленту, по которой я, будто конькобежец, заскользил от Глена прочь. При этом окруживший меня после прокрутки колёсика зажигалки боя вихрь Дыхания Саламандры обратился тремя извивающимися протуберанцами, начавшими охотиться за Гленом, будто живые змеи.

Таким вариантом контроля я в значительной мере нивелировал малую скорость огня. К тому же из-за того, что двигался я сам, и довольно быстро, траектории огненных змей становились ещё более непредсказуемыми и хаотичными.

Однако мой противник не состоял бы в Посохах Бин, если бы его можно было победить столь очевидной тактикой.

Профилем Глена была, судя по всему, именно магия ветра. И в качестве контрмеры против моего пламени он создал довольно сложное, но при этом невероятно эффективное заклинание вакуума, окружив себя коконом пустоты.

Огонь, даже попадая в цель, просто рассеивался, не способный гореть в безвоздушной среде.

А от пламени, что было нацелено на его лицо, по очевидным причинам не покрытое магией вакуума, Глен просто уворачивался, перемещаясь по арене короткими резкими скачками.

При этом, похожий на бешенного зайца, он продолжал преследование, то и дело догоняя меня, двигавшегося по плавным и относительно предсказуемым дугам.

Когда наши траектории всё-таки пересекались, защищаться приходилось уже мне.