Комбо-Психо. Книга 1

Если не знать, что это – всего лишь каменное изваяние, как минимум на секунду любой бы поверил, что передо ним – Величайший из великих воплоти. Ну, оно и не удивительно. Всё-таки создавалась эта статуя ещё на памяти Бафомета. Я даже мог вспомнить, как Агур позировал для неё.

А на коленях статуи лежала раскрытая примерно на середине книга. Гримуар царя мудрости.

Человек мог создать в своём теле максимум десять кругов маны. Маги, имевшие от одного до четырёх кругов, назывались младшими, от пяти до семи – старшими, восемь и девять – высшие.

И всех их объединяло одно: магу с первого по девятый круг, если он не хотел стать посмешищем, нужен был гримуар.

Души людей на самом деле были очень хрупки и неподатливы. Да, они могли скрывать немало контуров заклинаний, но использовать больше десятка за раз было сложно даже высшим магам.

И для того, чтобы справиться с этой проблемой, были придуманы гримуары. На каждую его страницу маг мог вписать контур нужного ему заклинания и по необходимости вызвать его без какого-либо напряжения души.

По-настоящему умелые боевые маги могли одновременно вызывать по полсотни, а то и по сотне контуров за раз и вид бешено перелистывающихся страниц гримуара был по-настоящему завораживающим. Была даже такая поговорка: “Если ты не видишь страниц гримуара врага – значит ты уже мёртв”.

Однако десятый круг ставил мага на ступень, предшествующую божественному, подвергал его тело, душу и разум истинному перерождению. И хотя по-настоящему огромного количества контуров душа мага всё равно содержать не могла, гримуар на десятом круге становился не особо-то и нужен.

Тем более он не нужен был Агуру, душа которого получила крещение в божественном сиянии. А потому, когда он достиг десятого круга, царь мудрости решил оставить свой гримуар в месте, которое считал самым главным своим творением. В Башне Магии. Ну, рядом с ней, если точнее.

И вот уже больше двух тысяч лет тысячи и тысячи магов проходили мимо статуи царя мудрости, не подозревая о том, что в его руках лежит не каменный, а самый настоящий, просто замаскированный, гримуар Агура.

Хотя, сейчас, вероятно, даже идиот понял бы, что это далеко не просто кусок камня.

Над одной из каменных страниц мерно сиял хорошо знакомый мне символ. Круг, вписанная в него гексаграмма и шесть маленьких звёздочек. Я, конечно, знал, куда и зачем иду, но это было уже каким-то слишком уж очевидным намёком.

Подойдя к статуе, я опустился перед ней на корточки и положил руку на камень.