Fallout Equestria: Синяя молния

На столе рядом с ним стояла полупустая бутылка яблочного виски. Ещё несколько валялось на полу.

Глаза жеребца расширились, когда он увидел Космик; казалось, он в один миг протрезвел. Неуклюже взмахнув передними ногами, он свалился с табуретки и попытался было отбежать в сторону, но синяя земнопони налетела на него и принялась остервенело молотить его копытами по морде. Тот вяло закрывался, но без особого успеха.

– Ты… ублюдок… понимаешь хоть… что натворил?! – кричала на него кобыла, продолжая бить изо всех сил.

– Довольно!!! – проревел шериф Рейлрайт за спиной у Космик.

Бахнул выстрел, чуть не оглушивший обоих дравшихся. Одновременно вздрогнув, они застыли в том положении, в котором были, и обернулись.

Рейлрайт, серый пони с угольно-чёрной гривой, выплюнул револьвер – знакомый Космик револьвер калибра 44! – и строго посмотрел на двух сцепившихся наёмников.

– Так-так… – заговорил он, переводя взгляд с одного из них на другого и обратно. – Стало быть, каждый из вас утверждает, что убийца – другой, а сам он всего лишь жертва…

– Он ранил меня в плечо! – выкрикнула Космик и, отсев в сторону, вновь показала на лежащего Метал Доуна.

– У меня тоже кусок мяса из ноги вырван! – Тот поднял замотанную бинтами (гораздо более чистыми, чем у кобылы) заднюю левую ногу.

– Да ты сам себя и подстрелил, чтобы отвести подозрения!.

– А ну заткнулись быстро!!!

Это возымело эффект. «Ну хотя бы стрелять в потолок снова не стал, а то бы мы точно оглохли», – подумала Космик.

– Что ж, раз очную ставку нормально провести вы не даёте… – Голос шерифа был тихим, низким и зловещим. – …значит, мне придётся прибегнуть к другим методам. Например… к одновременному допросу. – Его глаза сузились. – Для начала.

…Метал Доун лежал на полу, придавленный за шею копытом Рейлрайта. Задняя левая нога шерифа стояла у допрашиваемого на причинном месте, и время от времени Рейлрайт усиливал нажим, чтобы придать веса своим вопросам.

Космик сидела рядом и слушала. Ей не было жалко бывшего товарища. Застилающая глаза ярость тоже ушла – вместо неё в душе кобылы горела холодным синим пламенем расчётливая, осознанная ненависть.

И земнопони хотела узнать, что же на самом деле сподвигло жеребца на преступление. Вряд ли одни только крышки. Было что-то ещё, гораздо более важное.