Fallout Equestria: Синяя молния

Ты знаешь, что она разделила свою душу на сорок три части только для того, чтобы сделать наборы статуэток их шестёрки? Неразрушимых статуэток. По вине Рэрити также погибло много невинных пони. Её Министерство стало таким же спрутом, вцепившимся в Эквестрию намертво, как и Министерство Морали. И она сполна за всё ответила.

– Якобы случайно подавившись маффином? – Лира сплюнула на пол. – Вот ты и проговорился, убийца… Но Флаттершай… Почему ты помиловал только её одну?! Неужели она была рада стать единственной, кого пощадило копыто твоего – в кавычках – «правосудия»?

– Флаттершай… – По лицу Голденблада пробежала тень, словно внутри жеребца всколыхнулась старая боль.

Он передал папку обратно Старлайт, и кобыла в ту же секунду телепортировала её куда-то в другое место.

Голденблад покачал головой и исподлобья взглянул на Лиру.

– Я любил её. И допустил в своё время с ней одну непростительную ошибку. Я хотел всё исправить. Но… не сумел. Она была беременна, когда вколола себе в моё отсутствие тринадцать доз мед-икса. Больше она не успела… Я потерял не только любимую – я потерял также и дочь. И не тебе упрекать меня в том, что я поступил неправильно. Особенно по отношению к той, кто предал даже не меня, а страну, передав мегазаклинания зебрам.

Голос его звучал так глухо, словно он говорил через какую-то плотную мембрану.

– Моей ошибкой было то, что я слишком поздно смог их остановить. И для этого пришлось заплатить страшную цену. По сути, всё, что мне остаётся, – это пытаться изолентой заклеивать на тонущем корабле пробоину в трюме. А твои пламенные речи и обличительные памфлеты, которые ты неустанно произносила и публиковала с тех пор, как ДМД был расформирован, приведут лишь к тому, что вода скорее прорвётся внутрь.

Внезапно в дверь забарабанили. Санбёрст и Старлайт переглянулись, и рыжий единорог после разрешающего кивка Голденблада нажал на ручку.

В зал ворвался запыхавшийся земнопони в офицерской форме и выпалил:

– Д-директор… Это… это… случилось!..

– Что именно? – переспросил Голденблад. Его глаза превратились в узкие щёлочки.

– Зебры… они… запустили ракеты! Через пять минут всё здесь взлетит на воздух!

– Не-е-ет… – прошептал белый единорог.