Fallout Equestria: Синяя молния

– И чтобы я это сейчас сказала.

Соник покачнулся и снова сел на пол, обхватив колени.

Космик придвинулась к нему поближе.

– Мы не знаем, где твои друзья, это правда. Но… не стоит думать, что всё обязательно должно быть плохо. Если мы изменили историю, а не создали новую ветку… хотя Лира говорила, что они все реальны, – значит, мы просто сделали одну из них более вероятной… то, придя в этот мир, ваша компания не должна была найти ничего и сразу вернулась бы. – Соник поднял голову и посмотрел на Космик. В его взгляде затеплилась надежда, и синяя пони продолжила, уверяя не только его, но и саму себя: – Да, может, с ними здесь ничего не случилось! А Шедоу в любом случае украл Изумруды у Эггмана, так что у вас с ним должна быть ничья… Но мы не знаем, – вновь погрустнела она.

– Может быть, там есть и другой ты, который не уходил в Эквестрию, а сам ты исчезнешь, как только попадёшь обратно на Землю. Вселенная – слишком сложная штука, чтобы утверждать о ней что-то наверняка. Мы можем только догадываться.

– И… что мне теперь делать? – неуверенно спросил ёж.

– Решай сам. Мы примем любой твой выбор.

– Тогда… – он ненадолго задумался, – я остаюсь. Вернуться на Землю я всегда успею – учитывая разную скорость времени… А этот мир до сих пор ждёт, чтобы его исправили.

– Спасибо, – кивнула Космик. – Вместе мы сильнее. А потому обязательно победим.

Соник блекло усмехнулся уголком рта и приподнял руку с выставленным вперёд кулаком. Синяя пони улыбнулась в ответ и легонько стукнула по кулаку своим копытом.

– Пошли, – сказала она и встала. – Там решим, как быть дальше.

Ёж молча кивнул и поднялся следом.

Вместе они вернулись в основной зал. Соник от нечего делать стал осматривать помещение, а Космик уселась за стол с терминалом и надела на голову реколлектор.

Скайблум вложил в углубление первый шар памяти.

– Удачи, – сказал жеребец, прежде чем нажать кнопку.

Космик лишь прикрыла глаза… после чего мир опять растворился.

< (¤) >

Кантерлот плакал.

Небо было плотно затянуто тучами – погодные команды пегасов постарались на славу.

Множество пони, стекавшихся на главную площадь, тяжело шлёпали по разраставшимся лужам. У всех на лицах застыла скорбь; некоторые не могли сдержать слёз. Повсюду в толпе были плакаты и транспаранты с портретом Селестии; тут и там развевались на ветру чёрные ленточки.

Единорожка, решившая записать эти воспоминания, шла вместе со всеми. В роге едва уловимо зудело – а рядом парил в магическом поле такой же портрет принцессы.