Fallout Equestria: Синяя молния

Наша битва случилась двести лет назад… и в ней, как ты уже знаешь, победителей не было.

Я родилась и выросла здесь, в Республике. Мой папа был единорог и работал в оружейке, но главной его страстью являлись всякие технические штуки вроде СтелсБаков, хакерских модулей и прочих дефуркуляторов… за которые, кстати, город выручал неплохие крышки. Мама же работала на кухне – и умерла от пыльной лихорадки, когда я была маленькой. А через несколько лет, когда я подросла, папу укусил радскорпион, незаметно пролезший в город.

Я осталась одна, и мне нужно было искать себе занятие в жизни, ведь у меня до сих пор не было кьютимарки. Меня с жеребячества привлекало оружие, и пока папа возился с очередной технической хренью, я играла с пистолетами и винтовками. По счастью, никого из окружающих так и не подстрелила.

И поэтому я решила пойти в охрану. Сильвер Стар был против (конечно, терять выгодную статью дохода всегда неприятно!), но я сумела его убедить. С тех пор я сопровождала пони в торговых походах и стояла на городской стене, пресекая возможные нападения из Пустоши.

За столько лет набеги рейдеров были всего-то два раза – а вот в пути за этим нужен глаз да глаз, чтоб не ограбили.

Позже я собрала отряд из тех пони, которым могла доверять. С единорогами, кстати, не шути: они родичи нашего мэра… Иногда нам разрешают брать сторонние контракты, также приносящие крышки; и завтра мы отправимся именно за таким. Потому что всегда будет спрос на тех, кто может подставить свою грудь вместо твоей и пустить достаточно пуль в ответ, чтобы ты нахрен не сдох, прежде чем рассчитаться.

Космик положила в сундук Дэна, вытерла клеёнкой рот и копыта, сложила её пополам и швырнула туда же.

– Ясно… – протянул Соник и посмотрел на дверь. – Хм, не пойму: у вас что, замков совсем нет?!

– Когда-то были, – пожала плечами кобыла. – Но с этими ключами была такая морока, что… Да и недоверие друг к другу просто зашкаливало… В конце концов мы от этого отказались. Ведь нас здесь мало – от силы полторы сотни, все всех знают, и каждый находится на виду.

Виновный в краже всегда находится – и изгоняется в Пустошь. А преступлений покруче давно не случалось – и тут уж без вариантов. Но! – она подняла копыто. – За все приговоры голосуют жители, имеющие кьютимарки. И решение принимается большинством. Однако ещё ни разу не было, чтобы кого-то при всех доказательствах вины пощадили.

Земнопони поднялась на ноги.

– Так, хватит пока болтовни. Надо бы и перекусить.