Алистер: Крысиные бега

— Смотрю на дело Алой улицы, — поворачиваюсь я к нему, а он хмурится, моментально приходя в себя. Такое происходило, когда вопрос касался работы. Каким бы раздолбаем он не был в жизни, но к работе относился серьёзно, не раз выручая меня на заданиях.

— Разве его не передали во второй участок? — спрашивает он справедливо, а я киваю.

Я помню, как Вальтер говорил об этом. Он сказал, что преступление на Алой — самое тяжёлое в последнее время, да и не в нашей зоне ответственности. В наше управление приходили происшествия, которые не могли разгадать другие, а посему можно было бы ждать его обратно.

Дело там принимало скверный оборот. Я всё ещё помню, что увидел на месте преступления, и боюсь, что не скоро я смогу забыть это, как и несколько других ситуаций в моей жизни, как стража.

Комната была в крови, её было очень много. Кровь была везде, куда бы я ни посмотрел. Она была на стенах, на полу, на столе, на кресле. Везде. И даже на потолке. Как будто в микроволновку засунули какое-то животное, а его разорвало там на мелкие ошмётки.

Алая улица не была изначально моей зоной ответственности, но я первым оказался на месте преступления, после поступившего сообщения по маг-связи на наши медальоны стражей.

Таким образом, была убита уже вторая жертва, но никаких зацепок я не нашёл… Как и прибывшие патрульные со второго участка.

— Верно, но решил ещё раз пробежаться по нему, — говорю я. — Что-то меня смущает.

Да и убийцы-призраки, собравшиеся тотчас на месте, лишь шёпотом выражали восхищение такой работой.

Я слушал их и слушал, но даже у них не было догадок, что за мастер совершил такое. А ведь в последнее время я часто слышал это от них. Мастер.

Хотя в конечном итоге за каждое преступление отвечал не мастер, а рядовой человек, демон, орк… И не были они мастерами, а лишь обычными убийцами.

— Да что тебя может там смущать, Ал? — смеётся Геласий, вырывая меня из раздумий. — Девушку нашли без сердца на Алой. Изнасилована и убита.

Много крови, как будто поиграл безумный ребёнок с красной краской. В том районе не впервые такое происходит.

— В том-то и дело, даже если и происходят убийства проституток, то хотя бы не таким жестоким образом, — хмурюсь я на такое поведение. — Да и вещественных следов не осталось. Как будто и не было никого там, и она сама себя изнасиловала.

— Прости, я не хотел тебя задеть, — поднимает он руки вверх, раскаиваясь в своей легкомысленности.