Китан 3: Град на Подкове

Вы похитили Коловрата, удерживали его у себя и заставляли трудиться на ваш город. А после убили нашего товарища.

- Даже не буду пытаться это оспаривать. – Он поднял руки. – Я действовал в интересах моих людей. Кузнеца… Хм, мы и правда похитили, но я бы выразился точнее - мы пригласили его к себе по согласованию с, на тот момент, главой вашего поселения. Да, мы удерживали его у себя, но получили на это разрешения вашего главы и заплатили ему за это не малую цену.

- Артефакт, парализовавший на время мою магию. Да я помню.

Сэм пожал плечами. Досказать было условием нашего соглашения, а что там потом с артефактом случилось, и как его использовали - не мое дело.

- Что до смерти вашего друга, то это, несомненно, трагическое событие. Вот только убил его не я, не мои люди и не по приказу одного из чиновников Америки. Мне известно, что вы были в моем городе, знаю, что присутствовали и были непосредственным участником тех трагических событий. Вы знаете, что кузнеца убили фанатики Аган?

- Зачем вы вообще приняли эту неврастеничку к себе? – Спросил Дарвиш.

Дядя Сэм оглянулся через плечо, словно убеждаясь, что нас не подслушивают. В этот момент он больше напоминал пойманного с поличным мелкого жулика, чем правителя одной из крупнейших человеческих общин в этом проклятом лесу.

- Глупая на самом деле ситуация. – Со вздохом принялся объяснять он. – Она прибыла в город с десятком верных ей людей. Предложила выгодные условия и даже расплачивалась валютой нового Лиссабона, которая в тот момент была у нас в ходу.

- Превращает людей в безумных фанатиков. – Подсказал я.

- Вроде того. После разговора с этой девицей некоторые люди становились полностью ей покорными. Они словно сходили с ума: в их разуме оставались лишь те идеи, что она вложила в их головы. Это срабатывало не со всеми, далеко не со всеми, но те, кого она смогла соблазнить своими речами, становились ее преданными рабами, готовыми исполнить любую прихоть своей хозяйки.

- Ты не смог ее контролировать. – Предположил Торрело.

- Увы. – Кивнул Сэм. – Я слишком поздно понял, насколько безумной оказалась эта женщина. Она не столько или даже не только безумна, но хитра и коварна, словно сам дьявол.