Вор и дети ночи

Что ни говори, а с оружием чувствуешь себя уверенней.

– Ты не понимаешь? – поинтересовался Дьявол.

Трубка в его руке указала на Велдона, потом на меня. Я понимаю… Прекрасно понимаю, как удалось справиться с бруксой. Ирма создавала ловушку против могущественного упыря – против другого высшего вампира. Но пришли двое: маг, ползающий одновременно святую и черную магию, и тот, кто является ключом Сатаны к этому миру. Я невольно посмотрел на левую руку. Змеиная кожа, черные когти и хватка, которую не смогла одолеть брукса – расплата за воскрешение спасла жизнь, а иначе…

– А иначе быть бы тебе, Николас, еще большим чудовищем, – произнес Сатана и расхохотался.

Проклятый пепел! Дьявол знает мои мысли и хвастает этим! Мрачный инквизитор покачал головой, он тоже понял, что Люцифер читает наши помыслы. Что ж, мы служим Сатане, уж я-то вне всякого сомнения. Но непременно найдем способ освободится из-под власти Дьявола и изгнать его из Орнора после победы над Низверженным. Обязательно найдем! Я часто повторял это в мыслях.

– Ищи, Николас, – голос Сатаны прозвучал над моим ухом.

Только Люцифер стоит в стороне в нескольких шагах. Я фыркнул, детские фокусы давно не впечатляют.

– Надо полагать, вы здесь ради беседы с духом Ирменгрет? – враг рода человеческого продолжал играть роль назойливого свидетеля чужих дел.

Я бросил на Дьявола раздраженный взгляд, отчего обозлился уже на себя. Сатану развлекают мысли и чувства смертных – по крайней мере так мнится со стороны, но что с того? Он все одно, что стихия.

– Ты умнеешь, Николас, – заметил Люцифер. Он снова дымил трубкой. Сизый дымок куда-то бесследно исчезал, поднявшись над чашкой трубки на пару дюймов.

Захотелось выругаться и сказать, чтобы не лез в мои мысли, да мой гнев снова развеселит Люцифера. Не желаю быть его шутом! Я сдержался.

– Определенно умнеешь, – усмехнулся Сатана, – но про инквизитора так не скажу.

Томас Велдон низко склонился над мертвой девушкой с изуродованным лицом. Задумчивое созерцание бруксы поглотило церковника без остатка.

– Осторожней, святой отец! – прогремел голос Дьявола. Легкомысленный тон сменился ледяным, наполненным неприкрытой угрозой.

Церковник вздрогнул, перевел взгляд на Сатану и выпрямился. Святой отец с вызовом смотрел на Люцифера и подобрался, словно перед схваткой.