Валерсия

-Донесешь в лазарет? – От внезапно возникшего голоса Возория за спиной, юноша вздрогнул, а затем обернувшись согласно кивнул.

-У нее ничего серьезного. К утру должна оклематься. – Нагло соврал он.

–Замечательно. Тогда беги, там осталась одна дежурная помощница лекарей. Остальные в городе, она не маг, так что если что подсоби.

Кое-как закинув Лирэю на плечо, Трэн медленно пошел к лазарету. Рану он запечатал и наложил заклинания регенерации, таким образом теперь ничто не могло заставить кровь от туда вытечь наружу.

«И когда только наставник вернулся к ним, еще и его умудрился найти? От такого типа трудно, что то скрыть». И еще один вопрос вертелся в голове у Трэна: «От куда у Лирэи рана, явно нанесенная гивром?» Никого из учеников не допускали к месту самого боя. Выходит она вновь, что то натворила и не лечилась у других, дабы сохранить свою тайну, за которую ей явно влетит.

На крыльце лазарета их уже ожидала знакомая пухленькая помощница, выходило что Возорий обладает телепатией, раз связался с ней и оповестил об их приходе.

-Зачем сбежал? – Слегка улыбнувшись спросила она, но потом стала очень серьезной. – Проходи.

-Дела были. – Тяжело дыша, ответил Трэн и занес тело Лирэи в открытые двери. Не успел он и шага ступить от дверного проема, как странное чувство нахлынуло на него, в ушах зазвенело и все на пару секунд стало расплывчатым.

–Ложись! – Властно скомандовал он, падая на пол. В ту же секунду раздался страшный грохот, сотрясший все здание и землю под ним.

Через пару минут решив привстать на свой страх и риск, Трэн с ужасом осознал, что его тело совершенно не слушается, а ноги, кажется чем то придавило. Присутствие раненой Лирэи рядом не ощущалось, как впрочем и помощницы лекарей, хотя еще пару секунд назад они обе были рядом.

По шлифованному гладкому полу мельтешили то вспыхивая то исчезая странные блики, словно от вспышек и в эти моменты землю вновь трясло. В ногах от этого растекалась адская боль, словно туда вонзали раскаленные железные прутья.

Юноша открыл рот, чтоб закричав позвать на помощь, но так и не услышал звука своего голоса.

Сколько он пролежал в этой темноте и тишине без силы пошевелить и пальцем, Трэн не знал.