Валерсия

-Твоя кровь! – Несколько хищно воскликнул Камирэй, разглядывая серебристые пятна покрывающие лед под его ногами. – Почему она такая же как у хранителей?

Все еще не смеющий подойти к юношам Трэн, сильно нахмурил брови и посмотрел под свои ноги, где вся поверхность льда казалась живой от стекающей в нее его магической крови.

-От куда ты знаешь как выглядит кровь хранителей? – Этот вопрос Трэн произнес с нескрываемой и даже нарастающей угрозой, но ответа не последовало. - Это ты можешь знать, лишь в одном случае, если кровь Иржинэи на твоих руках.

Это прозвучало слишком неожиданно и буквально загнало Факира в угол. Тинэй, находящийся неподалеку от него, быстро сообразил, что от этих двоих следует держаться подальше, тем более, что вдалеке, из-за поворота показалось нечто опасное и быстро приближающееся.

-Хранители тупые животные! – Между тем оправдываясь закричал Факир. – Огромные, тупые животные, наделенные огромной силой недостойной их.

-Нет, Факир. Трэн смотрел на исчезающую вдалеке спину Тинэя и чувствовал сзади приближение врага. – Глупый как раз ты. И твоя расплата уже рядом. – Несмотря на все свои травмы, внешние и внутренние, юноша с легкостью подпрыгнул, отрываясь от ледяного пола и тем самым избегая целой стаи мертвых и очень голодных булм. В нападающем прыжке они миновали место где только, что стояла первая жертва, но размышлять над вопросом куда она подевалась не стали и не сбавляя темпа кинулись к раненому и беспомощному Факиру.

Ужас сковавший дворянина был неописуемый и все, что смогло прийти в его голову, это защитный ледяной щит укрывший его целиком, словно под куполом.

Животные с треском ломаемых костей, врезались в его магический лед и тот рассыпался как и не бывало, открывая взору Камирэя изуродованные, но бысторо очухивающиеся туши воскрешенных булм. Омерзительная вонь, опасные оскалы и горящие тьмой пустые глазницы вновь искали свою жертву.

-Трэн! Я сделаю все, что захочешь, только спаси! – Когда первая тварь с жадностью вцепилась в его окровавленную, поломанную ногу, о гордости и предубеждениях Факир позабыл и взмолился о помощи. Резкая боль и страх неминуемо близкой смерти горячо ударили по его сознанию.

Трэн был не подалеку, с легкостью левитируя в воздухе, на безопасном расстоянии. Оставить на растерзание Факира он не мог.