Валерсия

Поэтому покинуть пустые, полуразрушенные дома, взирающие на живых существ с неким тайным умыслом, удалось быстро.

Лесная дорога оказалась длинной и проходящей через местные захоронения. Легкая дымка окутывала каменные пирамиды, ставшие последним домом усопших. В лесу они выглядели как огромные муравейники и было их тут видимо-невидимо. Ведь в этом место раньше обитало много людей и большая их часть теперь находилась здесь.

Янтрэя уже скрылась за деревьями и оставалось совсем немного времени, прежде чем она совсем исчезнет.

Казалось, что усыпальницам не будет конца, да и дорога находилась в таком плохом состоянии, что лишь кое-где удавалось хоть немного рысцой покрыть пару метров. Наконец она пересекла покинутый юношей западный тракт, где еще горели последние отблески скрывающейся звезды. Она уходила красиво, словно художник окрашивая небосвод в разные краски: рыжие, красные, розовые, фиолетовые, синие, а затем исчезла погружая мир Валерсии в кромешный холод и мрак.

Было совсем темно, когда Трэн остановил Мотю и взяв под уздцы свернул с тракта в черную гущу леса. Факир что-то шепча под нос шел следом, порой спотыкаясь и ругаясь сквозь зубы, но не мешая.

Найдя подходящее место, юноша как и в прошлую ночь привязал к дереву клячу и разложил пять огнив, чем вызвал истерические усмешки спутника.

-Можешь еще траву поджечь и с песнопениями пройтись? Щенок безграмотный. – Насмеивался дворянский отпрыск, но дельных советов, как впрочем и никаких других не давал.

Огнива принялись ярко гореть и постепенно, в образованном ими кругу, стало тепло и относительно светло, в сравнении с окружающим мраком.

Сняв поклажу и седло с лошади, а также напоив ее, Трэн достал походный паек, и принялся есть под пристальным взглядом Факира, у которого с собой вообще ничего не было, кроме большого желания добраться до Кейтага.

-Как можно есть эти помои?! – Глотая голодные слюни, но все также надменно заявил дворянин, после чего отвернулся, что б не видеть довольное лицо этого выскочки, которому он проиграл в схватке лишь по чистой случайности. Ведь этот простолюдин, только и делал, что использовал различные порошки да камни, а сам видимо был бездарен. Но ничего он еще посмеется над тем как этого оборванца спровадят обратно в его «нору».