Природный талант

Нюх! Вот его козырь! Он жадно втянул рылом воздух и нашел меня, даже не видя, и снова рванул в атаку. Этому зверю терять нечего, и он явно готов продать свою жизнь подороже. Нож я успел вытащить, но как его добивать? Неужели зверь может хотеть боя? Кому вообще пришло в голову наделить зверей интеллектом?

Бежать от него бесполезно, а вот попробовать спрятаться точно стоит. Левая рука висела плетью и ужасно болела. Я подскочил и отбежал к ближайшему дереву, кабан прыгнул за мной и воткнулся клыком в ствол, вырвав солидный кусок древесины.

Отмахиваясь, я очень удачно попал ножом по носу. Визг зверя дал мне понять, что я задел его слабое место. Отскочив в сторону, я размахнулся и воткнул лезвие в его рыло, проткнув верхнюю челюсть. Секач истекал кровью, но продолжал биться, хотел поймать меня, беспорядочно мотал мордой, из его глазниц все еще торчали древки стрел.

В этот момент я вовсе не ощущал себя благородным охотником. Просто глупый мальчишка, который захотел убить могучего зверя ни за что, ради эксперимента. На секунду я завис, осмысливая картину перед собой и чувства, которые она во мне вызывала.

Боль в левой руке вернула меня в реальность. Кабан уже не чувствовал моего запаха, зрение ему было недоступно, так что он вслепую метался между деревьями, оглашая лес диким визгом. Отвратительное издевательство. Я подхватил лук, отлетевший во время первой атаки, вытащил пару стрел и отошел на пригорок.

Кабан ничего не слышал, отдавшись природной ярости. Надо предать его тело покою и завязывать с убийствами зверей, это чудовищно. Я видел то место, куда нужно было попасть, но в моем распоряжении была только одна рука - с луком мне не совладать. Придется рискнуть и воспользоваться стрелой вместо ножа, другого оружия не осталось.

Намотав на руку со стрелами тетиву, я решился. Разбежался и прыгнул на вепря, а потом словно со стороны услышал хруст костей и ощутил резкую боль.

Почему в этой чертовой Игре нет выбора сложности, где поглощение боли? Идиоты-создатели, их бы самих сюда запихнуть... Я сплюнул кровь и с усилием потянул на себя нож. Еле дополз до груди вепря и попытался разрезать ее, но рука не слушалась, слезы сами лились из глаз. Боль пронзала всё тело.