Эргоном: Зодчий смерти

Князь Голицын сидел на подлокотнике кресла и читал маленькую книжку в зелёном переплёте. При моём появлении он поднял глаза, захлопнул томик и бросил его на кресло.

- Барон, рад, что вы приехали. Лена сказала, пришлось вас поуламывать. Много дел?

- Полно, - отозвался я, проходя к дивану. – К чему такая таинственность? – мы сели друг напротив друга. – Чувствую себя героем шпионского фильма.

- Я решил, что лучше не злоупотреблять нашими открытыми встречами. Ваша связь с Белым кланом не должна быть слишком… очевидной.

- Почему? Какие-то обстоятельства изменились? Это связано с предстоящей атакой гулей?

- Отчасти. Но не совсем. Скорее, с бароном Пешковым.

- А что с ним? – быстро спросил я. – Приговорён Его Величеством как Проклятый?

- Увы, нет. Свидетельств трансформации барона добыть не удалось. Либо его миновала чаша сия, либо он удачно скрывает их. Но дело не в этом. Нам стало известно, что барон зафрахтовал самолёт для чартерного рейса в Осаку. Уплатив большие деньги, чтобы вылететь завтра. И совершенно не понятно, что ему там делать и к чему вдруг такая срочность.

- У вас сложилось впечатление, что барон намеревается сбежать из города? – спросил я.

- Именно. Очень похоже. Может, он о чём-то пронюхал или догадывается, а может, просто испугался, что рано или поздно император приговорит и его. Так или иначе, нужно остановить барона. Если он покинет Камнегорск, это нарушит наши планы!

Я пожал плечами.

- Не вижу проблемы, Ваша Светлость. Взорвите самолёт. Никто никогда не узнает, что произошло, если это случится за пределами города.

Голицын отрицательно покачал головой.

- Это исключено. Во-первых, самолёт стоит слишком дорого, чтобы уничтожать его ради одного человека. Во-вторых, аэрокомпания принадлежит Красному клану, и они непременно проведут расследование, где бы самолёт ни рухнул. Это вопрос их репутации. В-третьих, самолёты всегда тщательно проверяются перед вылетом. И никто посторонний к ним на пушечный выстрел не подпускается.

Я вспомнил, что, когда летал в Златоуст, всех пассажиров досматривали.

- Тогда не разрешайте вылет. Уверен, в ваших силах это сделать.

- Тогда Пешков сразу поймёт, что его приговорили, и забаррикадируется во дворце так, что его никакие гули не вытащат – не то, что заклинатели.

- Ваша Светлость, судя по тому, что вы меня вызвали, причём с такими мерами конспирациями, это дело решено поручить мне.