Демоны против Смерти

Устраивать живую слежку в планах не было: напрасные смерти никому не были нужны. Умирали самые разные люди, чтобы можно было списать на то, что убийца знал каждую жертву вместе с настоящим именем, а значит, он обладал глазами шинигами.

— Если это шинигами, камеры не зафиксируют его, — напомнил Данте, дабы начать диалог, играясь с Ребеллионом, покручивая его в руке. Для оборудования мониторной комнаты сняли квартиру в одном из домов, выходящих окнами на аллею.

— Знаю. Мы также не сможем исключить человеческое участие, если имя было записано за пределами видимости камер.

— Разве твои люди не расположили камеры на достаточном расстоянии, чтобы видно было любого человека, способного добраться до аллеи в течение минуты?

— Нельзя знать наверняка, что преступник записывает имя вблизи аллеи или в самой аллеи. Есть альтернатива, которая способна завести наше расследование в тупик.

— Какая?

Данте не интересовался делом Киры. Публике была доступна лишь часть информации, а собрание Данте благополучно проспал, рассчитывая только на то, что уже знал или L говорил, вербуя.

— Условие. Если вовремя записать обстоятельства смерти, жертва может прожить ещё какое-то время. Можно также записать точное время и место встречи, также как изменить причину. Или задать условие, что если жертва придёт случайно в определённое место в определённый промежуток времени, она умрёт.

— Преступник использует стандартную причину.

— Что не мешает ему приказать жертве дойти до аллеи. А причину он может использовать для привлечения внимания.

— Тогда к чему всё это? Если преступник приманивает жертв в аллею с помощью условия, мы его никогда не поймаем. С такими условиями он может вообще всех людей записать в тетрадь и надеяться на случай, что один из миллиона заглянет в аллею — не такой низкий шанс.

— В тетради место ограниченное. Для начала нужно выяснить, приходят жертвы к аллее или уже находятся неподалёку, когда записывают их имена. Если умрёт наша подставная жертва, то преступник рядом. Патрули в гражданском следят, чтобы обычные люди не приближались к аллее.

L и Данте следили не первый день, чем порадовали уже трёх преступников смягчением наказания. Ничего не происходило. К Данте закрадывалось подозрение, что убийцу они таки спугнули.

— Погоди, — заметил он силуэт. — Там человек, — указал он на тень.

Мужчина вышел под свет фонаря, встал под самым удобным ракурсом камеры для фиксирования его лица и стал что-то записывать на листке.