Физик: Тёмные тропы

Павел осторожно провёл тыльной стороной ладони по своим губам.

– Или не сон, – задумчиво произнёс начинающий маг, разглядывая кровавый след, оставшийся на коже. – Да не-е… Бред.

Решив оставить эти мысли на более ясную голову, он наконец осмотрел помещение.

Павел узнал эту комнату. Она располагалась рядом с покоями барона и принадлежала членам его семейства. Большая кровать занимала едва ли не четверть всей гостевой спальни. Собственно, на ней он сейчас и находился. Рядом, свернувшись калачиком, тихо сопела юная ведьма.

В центре комнаты находился массивный деревянный стол, на котором сейчас…

– Барон?! – Павел подскочил и метнулся к человеку, лежащему на столешнице.

Прямо на столе ничком лежало неподвижное побелевшее тело барона Кратонского. Из-под его живота брал своё начало тёмно-вишнёвый тонкий ручеёк, который, достигая края стола, ронял редкие тягучие капли прямо на пол.

– Твою же мать! Только этого нам ещё не хватало! – Иваныч торопливо перевернул барона на спину и приложил два пальца к его шее.

Ощутив подушечками пальцев чёткие, ритмичные толчки, Павел немного расслабился.

– О! Ты уже на ногах, ученик? Похвально! – в комнату ворвался на редкость бодрый и радостный демонолог, правый глаз которого украшал переливающийся всеми цветами радуги фингал. – Сейчас освежим его милость и приступим. Служивый, подсоби!

Краснолицый, взлохмаченный, но подозрительно довольный десятник Рэй расплылся в улыбке и одним рывком усадил бормочущего барона на пятую точку.

Вел, повернувшись к вяло сопротивляющемуся правителю, схватил того за массивный нос, после чего вырвал из его рук сосуд с недопитым алкоголем и, задрав его голову вверх, приставил горлышко бутылки к баронским губам.

Раздалось глухое бульканье, разбавленное сдавленными хрипами.

– Раз! Два! Три! – громко считал глотки мастер тьмы. – Хватит!

Вел резко убрал бутыль, и десятник тут же нанёс сильный удар лопатообразной ладонью по баронской спине.

– Ещё разок! – скомандовал демонолог.

– Какого хрена тут… – просипел Ингвар Кратонский, но керамическое горлышко вновь едва не выбило ему зубы.

Впрочем, сам барон на этот раз уже не сопротивлялся вовсе, а после нескольких глотков наоборот даже отнял у свежеиспечённого виночерпия бутыль и самозабвенно поглощал живительную амброзию.

– Фух! – выдохнул барон, выпив всё до остатка, и исподлобья посмотрел на мастера тьмы.