Физик: Тёмные тропы

И тут же раздался оглушительный грохот.

Пол под их ногами задрожал, и всё стихло. Слышны были только тяжёлые удары подошв о камень да надсадное дыхание двух бегущих людей.

– Поглоти их всех пустота! – прорычал Вир и при очередном повороте едва не сбил с ног замершего посреди коридора человека в рясе.

Воин упал на колени и резко выгнулся назад, пропуская над собой просвистевшее в воздухе зелёное лезвие.

Массивный молот с хрустом и хлюпаньем впечатался в голову монаха. Вскочившего Вира оросило кроваво-мозговым душем.

Но боец, ничуть не смутившись, уже наседал на второго церковника, вооружённого изумрудным цепом.

– Вир! Наша дверь! – раздался за его спиной голос командира.

– Заканчиваю, командир! – воин увернулся от пролетевшего рядом с его лицом зелёного шара и, схватив монаха за склизкую шею, ударил чистой силой света.

Внутри тёмной пустоты капюшона загорелись два багряных уголька. Монах в последний раз вздрогнул и обмяк.

– Подожди, командир! – Вир отпихнул Георга плечом и первым ворвался в покои старшего инквизитора.

Паладин, ругнувшись, устремился вслед за своим бойцом.

Первое, что он почувствовал, оказавшись в покоях старшего инквизитора, был дикий смрад. От запаха разложения забивало нос и слезились глаза. Желудок непроизвольно подобрался к горлу.

В тусклом свете лампад было сложно что-либо рассмотреть. Паладин запустил в воздух шарик сияющего света.

– Вир? – тихо спросил Георг.

– Вот же дерьмо, командир! – поморщившись, воин сделал несколько шагов к длинному, богато сервированному столу.

– Видимо, зря мы всё это затеяли. Тут, похоже, одни трупы.

Паладин вновь окинул взглядом комнату, задержав его на столе. Точнее, на трёх телах, сидящих за этим столом.

Лица первого, находящегося ближе всех к нему, он не видел. Он располагался к нему спиной. Было лишь понятно, что при жизни этот человек был обременён лишним весом и находился он здесь не по собственной воле. Руки дородного гостя были связаны.

Двое других сидели от него по обеим сторонам, уронив свои головы на грудь.

И они определённо имели отношение к церкви, так как были облачены в рясы. Лица их были скрыты, но у сидевшего по левую руку от толстяка из-под рясы торчала измазанная засохшей кровью, клочковатая борода.

– Ну, вот мы и встретились, старый ублюдок, – ухмыльнулся Георг, догадавшись, кому принадлежит эта борода. – Вир! Отхреначь ему голову. Нам ещё предстоит как-то выбираться из этого дерьма.