Физик: Тёмные тропы

Такую идиллическую картину и застал Мишико, мчавшийся сюда со всех ног практически с другого конца города. За ним едва поспевали сотник Герри и десятник Рэй.

– Вы охренели, Вел?! – выпалил раздражённый паладин. – Мне тут говорят, что ваши останки вот-вот раскидает по всему баронству. Я несусь сюда как умалишённый. Сожрал уже себя со всеми потрохами! И что же я тут вижу?!

Демонолог в ответ лишь выпустил пушистое облако табачного дыма. За ним повторил действие Павел, добавив облаку плотности и объёма. Протяжно хрюкнула жаба.

– Долго вы ещё будете молчать?! – взвился блондин.

– Он, – Вел кивком головы указал на ученика, –больше не маг.

– Не маг, – подтвердил Павел.

– Но есть нюанс, – продолжил мастер тьмы.

– Есть нюанс, – повторила за ним Мали.

Паладин на этих словах вздрогнул, вздохнул и медленно опустился рядом с приятелем. После чего требовательно протянул руку демонологу.

– Владетель целого баронства мог бы и свой табачок иметь, а не клянчить его у бедных друзей, – покосился на блондина Вел, но всё же полез за кисетом.

Мишико молча его принял, забил трубку и глубоко затянулся.

– Дерьмо! – вместе с горьким дымом выдохнул паладин.

– Дерьмо! – подтвердила компания.

Последующие пару десятков минут они провели в полной тишине, нарушаемой лишь влажными похрюкиваниями носатой жабы.

– Сотник! Сотник! – за спинами компании раздался крик бегущего к ним солдата.

– Чего тебе? – удивился ему Герри.

– К городу приближаются войска, сотник! – вояка согнулся, пытаясь восстановить дыхание.

– Церковь? Сколько их? – тут же поднялся на ноги Мишико.

– Не похожи, командир! – при виде барона солдат вытянулся в струну. – Да и идут с севера. Под полста рыл, командир!

– Объявляем тревогу? – Герри вопросительно посмотрел на паладина.

– Подожди пока, – покачал головой Мишико, – посмотрим сначала, кто такие. Подъём, господа! Отдохнули, и будет. По пути расскажете, что вы тут натворили.

Глава 4

– Вам не кажется, что это не самое подходящее место для подобных встреч? – в богато обставленный кабинет ворвался высокий, крепкий церковник в коричневой рясе, опоясанной белым кушаком.

– Здравствуй, Георг, – не поднимая взгляда от лежащих на столе бумаг, тихо произнёс хозяин кабинета.

Он был не стар и не молод. Про таких говорят "зрелый". На добродушном, ничем ни примечательном лице выделялись колючие карие глаза. От их цепкого взгляда, казалось, не ускользало ничего.