Молот империи (часть 1)

Одно время он просил забрать его с собой, когда я сбегу, но потом постарел. А потом его вообще пристрелили. Жаль старика, он долгие годы был моим единственным другом...

Находиться в тесном помещении долго не хотелось, а вот парк за окном — другое дело. Скоро обед, как раз увижу свою уцелевшую родственницу. До этого момента посижу там, подышу и посмотрю на увядающие растения и пруд. Я пошёл наружу.

В парке бежал ручей, его я не помнил, но моя любимая беседка стояла на месте. Зелёная краска на досках отшелушилась, но сама беседка ещё крепкая.

Я уселся на твёрдую скамью и посмотрел за деревья, где стояла толпа студентов. Там какое-то собрание или что-то вроде этого.

Заорали волынки. Ненавижу их. Звук противный, зато громкий. Бьёт по ушам хуже, чем несмазанная зубчатая передача. Только почему они играют?

А, точно, похороны того парня, который был в кабине Паладина. Он наследник Нарландии, судя по адскому звуку волынок, на которых играли только там. Помню, что глав Великих Домов и их наследников хоронили в дальнем углу парка.

Там же были склепы старых Небожителей, а новая знать хотела хоть как-то приобщиться к легенде.

Люди пошли в сторону кладбища, а к волынкам присоединились барабанщики. Я похороны не люблю, так что не в ту сторону не пошёл, да и парня того не знал.

— Думал, здесь никого, — раздался знакомый голос. — Можно?

Этот же тот парень, что был вторым пилотом ригги во время нашего недавнего боя, Ян Варга. Кожаную куртку он сменил на чёрный мундир с чёрной рубашкой под ним.

На его лице были тонкие очки, но в них он тоже видел так себе, судя по прищуру. На груди мундира вышито небольшое копьё, герб Великого Дома Варга.

— Садись, — я показал на скамью напротив.

— Не люблю похороны, — признался он. — Вот и сбежал. Наверное, это неправильно?

Я не ответил. Пусть болтает сам, если хочет, мне он не мешает.

— Скоро обед, — сказал он. — А ты знаешь, ведь в моей группе учится твоя родственница.

— Я слышал, что она здесь. Хочу познакомиться.

— А она про тебя всё утро спрашивала, — Ян усмехнулся.

— Говорит, даже не знала, что есть родственники за морем. В том клане, где она росла, ей долго не называли её настоящую фамилию. Могу проводить до столовой, скоро она придёт туда.

Я кивнул и поднялся. Живая правнучка, надо же, последняя из моих прямых потомков. Я тогда на многое пошёл, чтобы они жили. И у меня получилось.

Если бы пришлось это повторить, я бы не колебался и в этот раз, даже зная цену.

Мы пошли вдоль деревьев.