Молот империи (часть 1)

Узнай надзиратели об этом, снова приковали бы меня к стене, на этот раз навсегда.

Я вытянул руку и цепь, повинуясь моей воле, вырвалась вперёд. Кончик обмотался вокруг трубы. Цепь начала натягиваться и тянуть меня за собой.

Она вытянула меня за собой, и я выпал вниз. Звенья начали разматываться, но я повис над самой землёй.

Зараза! Плечо прострелило от боли, руку едва не вырвало из сустава! Осторожнее надо, забыл этот фокус, не подготовился.

Цепь распуталась и сама замоталась вокруг руки, но не исчезла. Я потёр ноющее плечо и огляделся.

Воды здесь по щиколотку, она уже налилась в ботинки. Ледяная. Ну ничего, я же с севера, не боюсь холода.

Теперь бежать дальше. Мне повезло, тюрьму обстреливали, и часть кирпичной стены в этом месте обрушилась. Будет легче перелезть.

Свобода рядом, только руку протянуть...

Но я услышал шум шагов поблизости. Кто-то быстро бежал в мою сторону.

— Он должен быть здесь! — раздавался знакомый крик. — Собери всех! Узник из девятой не должен сбежать!

— Но, господин старший надзиратель, штурм уже идёт! Нам нужно…

Они за той окованной дверью в кирпичной стене.

Я побежал к пролому, но понял, что бесполезно, не успею. Есть револьвер от покойного надзирателя, но одиночные выстрелы могут привлечь внимание, тем более, ригга больше не стреляла. Я больше не слышал шума двигателей.

Дверь открылась, первым выскочил старший надзиратель Хайдль. Хорошо помнил его прыщавую и небритую морду, тот ещё гад, а его отец и дед были ещё хуже. За его спиной был кто-то ещё из надзирателей.

— Арестант сбегает! — крикнул Хайдль, выхватывая револьвер. — Немедленно…

Я вытянул к нему правую руку и сжал кулак.

— Иди-ка сюда!

С предплечья сорвалась красная цепь и полетела к надзирателю, разбрасывая во все стороны красные искры. Он захрипел, когда она со звоном обвила его шею, а я дёрнул к себе.

Этого хватило, чтобы с хрустом сломать всё одним рывком, а цепь протащила тело ко мне по воде. Второй надзиратель сразу сбежал.

Левой рукой я вытащил трофейный револьвер из кобуры.

Цепи исчезли с обеих рук, будто их и не было. Теперь на предплечьях снова татуировки, обычные, которые больше не светились. Капризное оружие.

Я побежал к стене. Тот, кто придумал взять тело молодого преступника для моей вечной пытки, сделал мне подарок. Я легко забежал наверх до середины полуразрушенной стены, схватился за обломки, торчавшие сверху, и подтянулся.

Теперь самое опасное.

Наружная стена, на которой трудно зацепиться.