Молот империи (часть 1)

— Там писали, что знаменитому Молоту империи в голову ударила власть, и он казнил всеми любимого императора Валерия Громова, прозванного Мудрым, чтобы самому занять его место.

Старик усмехнулся.

— А разве всё было не так? — теперь уже ухмылялся я, всё ещё разглядывая снимок.

Это фото ещё с тем телом, моим старым, которое было со мной с рождения. Сегодня я видел себя в отражении воды: слишком худой, высокий и с более светлыми волосами. А тогда был мужиком хоть куда: сильный, здоровый, бородатый и громкоголосый.

Мне было всего двадцать семь, когда я стал генералом во время войны с империей Дискрем, получив под свою команду квадру ригг, отряд из четырёх шагоходов.

Хотя вряд ли бы старый я выдержал этот рывок через озеро и лес, сразу бы пошёл камнем ко дну. Так что свои плюсы есть и у нового облика.

— Я долго изучал, что случилось тогда, — император посмотрел на меня.

— Я всегда чувствовал себя на тот возраст, когда меня посадили. В тюрьме будто не становишься старше, — я убрал снимок с братом и взял другой. — А теперь вообще помолодел и чувствую себя на двадцать, представь себе. Ну так что там с моим восстанием?

— Сейчас знаю, что мой дед боялся тебя и твоей популярности в войсках.

— Ого, — издевательски протянул я. — Никогда бы не подумал.

Старик нахмурился, услышав мой едкий тон.

— Он приказал арестовать твою жену и брата, — сказал он. — Когда они приехали в столицу по твоему поручению. Никто не ждал, что император их схватит. Он хотел, чтобы они уговорили тебя распустить армию и прибыть во дворец одному. Твой брат понял, к чему это идёт и отказался наотрез. Тогда его обвинили в измене и казнили.

Я помнил то утро. До сих пор помнил, как ко мне приехал посланник от Валерия Громова.

Ещё недавно мы с Киром смеялись до упаду. А сегодня он был назван изменником и казнён. Посланник императора, ублюдок в чёрном бархатном мундире, нетерпеливо ждал, когда я публично отрекусь от брата, чтобы спасти честь своего дома.

Но мне было плевать на какую-то долбаную честь.

— Вы убили моего брата, ублюдки, — тихо сказал я и сжал кулак, чувствуя, как он напитывается огнём давно мёртвых Небожителей. — Я перебью вас всех. Одного за другим.