Тёмные пути орбиты

А он уже передаст по цепочке, что военным ход сюда запрещён, но ангелов ждут. Пока же мы выжидаем ответа на свой запрос, уже более тщательно собираем оставшихся в живых единомирцев, которые ещё живы и рассеяны по орбите. Главное – не допустить сюда никого, кроме ангелов.

- С поставленной задачей согласен, - откликнулся Эррамун, надевая шлем и готовясь сесть на капитанском мостике яхты. – Остарджи, вы ведь будете некоторое время с нашим пленным? Ева останется со мной для связи. Ева!

Услышав командирский голос эльфа, кривиться не стала, а послушно вышла за ним из кают-компании.

На капитанском мостике, открытом всем помещениям и коридорам, они сели в два кресла. Эррамун рассчитал курс, учитывая замечания Евы, которая подсказала на первый раз местечковое расположение кораблей паткси. Когда яхта, словно на цыпочках, вылезла из субмарины, Эррамун, не глядя на Еву, сказал:

- Я бы предпочёл избавиться от… пленного прямо сейчас.

Ева снова вздохнула и кивнула:

- Я бы тоже. Но приказ ангела… Сам понимаешь.

- Я думал – ты будешь защищать его. Ну, паткси.

- С чего бы это? – удивилась она. – Вот по макушке ещё бы раз настучала – это да.

- Ты успела с ним подраться?

- Было дело. Правда, недолго.

- Расскажешь, что узнал Остарджи? Или это военная тайна ангелов?

- Остарджи знал, что я всё-таки вклинилась в его луч внимания, - пожала плечами Ева. – Но ничего не сказал. Значит – можно. С чего начать бы…

- Ева, прости. Мне бы хотелось, чтобы и мои сослуживцы услышали твой рассказ. Есть такая возможность?

- Приглашай, - твёрдо ответила она.

А потом ещё и обрадовалась, что пришлось рассказывать об узнанном эльфам. Мало того что внимание было самым напряжённым, так ещё и быстро добрались до «дома». А здесь их встретили таким ураганом радости, что не сразу заметили неожиданного пленника. Впрочем, не заметить его было трудно: эльфы, впечатлившиеся рассказом Евы, перед выходом с яхты привязали его к доске от той же «кушетки».

Так что, когда паткси предстал глазами обитателей катера, у всех рты пооткрывались – особенно когда поняли, что и сам Остарджи не возражает против необычного появления на борту такого… «квартиранта». Спустя час, когда народонаселение катера узнало, в чём дело с пленником, Марика первой заявила:

- Я солдат. Но не кровожадная. Меру знаю. Но… Остарджи, я не хочу, чтобы этот урод шастал по катеру, даже зомбированным.