Потоки судьбы

А почему вы не едите? – спросил я, проглотив кусок картофелины (очень вкусно кстати, почти как земная картошка, только помягче).

– Я уже завтракал.

Вкус рыбы был потрясающий, а мясо таяло во рту. Я даже хотел спросить, можно ли как-нибудь сходить на рыбалку, но передумал. При этом, краем глаза я увидел, что Сабитер начал было открывать рот, но быстро закрыл. Надеюсь я быстро научусь блокировать свои мысли от посторонних взглядов.

– А что это за штука? – спросил я, пережевывая кусочек вяленого мяса.

– Мясо этха, – сказал Сабитер, но заметив как я вопросительно поднял бровь, добавил: – Это пустынная гигантская ящерица, обитающая на западе.

Мясо является деликатесом, а шкура ценится среди кожевников.

Я слегка удивился, но продолжил жевать. Никогда не ел ящериц...

– А что мне надо будет сделать в медицинском блоке?

– Сканирование мозга и несколько тестов на ментальное восприятие, после чего, вам нужно будет установить лингвистический ментальный имплант.

– Э... что установить? – не понял я.

– Лингвистический ментальный имплант. Он позволит вам воспринимать наш язык и говорить на нем.

– А разве анкульцы говорят не на русском? – сказал я, вспоминая вчерашнего мужика в капюшоне, который говорил вполне понятно, хоть и с акцентом. Да и Сабитер разговаривал на привычном мне языке.

– Вообще-то нет. На Анкуле существует свой общепринятый язык, который называется сагиним. Лаборант, который встретил вас после пробуждения, знал только несколько заученных фраз, а мы с вами общаемся только потому, что я создал временный ментальный зонд у вас в сознании.

Вы слышите русскую речь, потому что я заставил ваш мозг по другому воспринимать то что я говорю, напрямую адаптируя слова согласно ассоциациям. Я же вас понимаю, потому что таким же способом адаптирую для себя вашу речь, а мысли, транслируемые вашим громким сознанием, еще больше упрощают перевод. И если вы не заметили, то речь которую вы слышите не совпадает с движениями моих губ.

Я вновь почувствовал себя каким то дебилом (ну хоть рот не открыл), потому что толком ничего не понял.

Сабитер правильно истолковал мое молчание, поэтому продолжил:

– Зонд, который я разместил у вас в сознании, на самом деле довольно сложный и позволяет усилить восприятие и распознавать речь, но он действует только для нас двоих и только до тех пор, пока я поддерживаю его активным. Лингвистический имплант гораздо совершеннее, и сможет автономно существовать в вашем сознании много месяцев.