Хроники черной луны

– Он заржал, как от хорошей шутки.

Я встал, собираясь отойти от этого типа, но он схватил меня за руку

- Подожди.

- Зачем?

- Дело есть. – Он попытался сделать более-менее серьезное выражение лица.

- Я с пьяню портовой дел не имею.

- А с капитанами? – он хитро прищурил один глаз. Второй от этого повело куда-то вбок. – Ты же, если не ошибаюсь, тот жрец, что хочет попасть на Ял. – Я сел обратно на своё место. Не веря, что такой забулдыга, сможет мне что-нибудь предложить все же спросил:

- Ты можешь мне помочь?

- Могу

- Чем?

- Могу взять тебя на борт.

Я же капитан. – Он гордо вскинул голову и чуть не слетел с перил на мостовую. Я придержал его за грязный край туники.

- Если ты капитан, то я сын императора.

- Не веришь? Вон смотри, мой корабль. Правда, красавец? – он ткнул грязным желтым пальцем куда-то вниз.

Я свесился через перила и глянул в том направлении. В этой части пирсов болтался лишь один корабль: маленькая десяти весельная галера, наверняка имевшая возраста больше моего раза  в два.

- Ну, допустим, ты капитан этого корыта. А как же проклятие?

- Ха-ха – он опять закачался, так и норовя съехать вперед с обрыва. – Проклятие. Да ты хоть знаешь, как меня называют? Счастливчик! Я плаваю на корабле, на котором никто другой даже бы и от пирсов не отплыл. И ничего. Пока живой. Не берет меня море. Так что мне плевать на все проклятия. Если у тебя есть десять золотых монет, мой корабль отвезет тебя на Ял.

- У меня только девять.

- Хм. Ну, тогда я не дам тебе каюты в надстройке – будешь спать на палубе со всеми.

- Но на твоем корыте нет надстройки?

- И то верно! – он довольно заржал. Туника треснула, и Счастливчик как мешок с тряпьем рухнул с перил. Свое прозвище он оправдал полностью, упав на мостовую, а не в воды гавани.

Заходить в порт Яла Счастливчик отказался. Чем он руководствовался – было понятно только ему – но делать это он отказался наотрез. На другой стороне острова мы наткнулись на рыбака, и он за медную монету согласился перевести меня на берег.

С командой я не прощался, закинув кожаную суму на спину, по веслу перебрался в лодку. В сплетенном из прутьев и обтянутом кожей корыте было жутко тесно. Но путешествие не оказалось долгим. Еще до заката я спрыгнул на прибрежные камни и помог рыбаку привязать его посудину.

С непривычки при каждом шаге меня клонило из стороны в сторону. Земля то и дело норовила встать дыбом. Пришлось сесть на камень и привыкнуть к тверди под собой.