Истории Рейбора: Разбойник

Как понял лиглинг, так люди представляли себе появление этого мира. Одно это уже возмущало его соплеменников и дюжину дюжин других племён: то, что люди ничего не говорили о Той Стороне, что они не верили ни в каких духов, кроме этих двух Нардахона и Моргона, что они совсем не так почитали предков…

У Квадунгурарашавы были причины думать, что обе версии были неправильными. Но всё же приятно было слышать, что хоть кто-то не пытается его гнать, охотиться, убивать…

– Хорошо сказано, куп-п-пец Джавунг, – он снова отхлебнул жидкости, и она звучно булькнула на дне бутылки.

– О величественный лиглинг, – борода купца почти коснулась земли. – Я вижу, что пришёл несколько не вовремя, и прошу тебя милостиво простить меня за это. Я тотчас же оставлю тебя дальше отдыхать, но всё же попрошу тебя ответить на один только мой вопрос.

Тайные местечки для сбора трав, места, где малдангваниши становятся на водопой, наиболее удобные тропки… Обо всём том же спрашивал и Мартунг. Только выходило у него это как-то естественней.

Но о чём это он? Если уж его племя его отвергло, с какой стати какой-то человек должен быть лучше?

– Какой воп-п-прос?

– Дело в том, о гордый лиглинг, что в последнее время наш город очень сильно вырос. К нам стекается много новых жителей со всего королевства – именно с ними занят и достославный Мартунг. Как ты понимаешь, о лиглинг, нам нужно гораздо больше трав, гораздо больше еды и всего, что может предоставить лес.

– Вы уже нарушили гран-н-ницы наших земель. Дошли до озера Нашмардун. Вы называете его Нард.

Купец всплеснул руками.

– О пусть будут прокляты эти неразумные, кто смел сотворить такое! – купец опять замахал кулаками. – Не волнуйся, о лиглинг, я обязательно сообщу об этом главам нашего города. Нельзя допускать такого! Лес большой, и сможет прокормить всех.

Квадунгурарашава рассмеялся.

Хватит. Его утомила эта беседа.

– Задавай свой воп-п-прос, купец.

– Чтобы не допустить ещё таких премерзких ссор, о лиглинг, я хочу спросить: где обитает твоё племя? Я спрашиваю затем, чтобы ни я, ни кто-либо другой из моих товарищей не зашёл ненароком на ваши земли и не нанёс вам оскорбление и не дал повода усомниться в наших намерениях.