Темная сторона медали

Впрочем, Палыч был в бою лишь ранен. Похоже, что ему предстоит умереть в постели. Но не так, как это принято у обычных людей. Его просто зарежут, пока он лежит без сознания.

Ланс стоит у стены. Правая рука на перевязи. Командир наемников, оставшийся без своего отряда. Илейн в кресле. Корона Легионов Проклятых на столе.

Зачарованные мечи, имеющие свои номера, кучей свалены в углу. Их шесть. Доступны любому желающему. Подходи. Бери. Режь.

Для полноты комплекта не хватает одного. Думаю, что и он скоро здесь будет.

– Илейн, – сказал я. – В последний раз предлагаю спуститься в подвал и дать заковать себя в цепи. В последний, потому что времени у нас уже нет. Это единственный для тебя шанс. Узницу Темного Лорда они не тронут. А вот гостью… Ты помнишь свой родной город?

– Слишком хорошо помню, – сказала она. – С тех пор у меня аллергия на цепи и подвалы.

– Зато у тебя нет иммунитета против холодной стали, – сказал я.

– Все умирают.

– Это точно, – согласился я. – Нас тут четверо. Мы с Лансом умрем за наши дела. Альберт за то, что служил мне. То есть наша тройка умрет хоть по какой-то причине. А ты – просто за компанию.

Она пожала плечами. А мы слишком устали, чтобы тащить ее в подвал силой. Разве что Альберт… Однако один он просто не справится.

– Милорд, я постараюсь сдаться в плен, – сказал Ланс. – У меня есть заклинание, чтобы сделать свои зубы ядовитыми.

– Как хочешь, Лапе, – сказал я. – Но поверь мне, и без тебя найдется немало желающих убить Бортиса.

– Это не долг, милорд. Это удовольствие.

Удары стихли. Скорее всего, это означает, что ворот, отделяющих внутренний замок от захваченной врагом Цитадели, уже нет.

Осталось совсем немного времени. Конечно, в замке еще есть кому сопротивляться. И атакующие не будут слишком уж спешить, зная, что я до сих пор где-то здесь.

История моего рода близится к финалу. Не написано только несколько строчек.

– Что эта штука здесь делает? – спросила Илейн, имея в виду Корону. – И что это такое вообще?

– Это мой последний подарок победителям, – сказал я. – Пусть у них голова болит о том, как обезопасить себя от нового врага, которого они приведут сюда сами. Пусть поседеют, думая, как ее получше спрятать.