Темная сторона медали

Обеды на верхних площадках сторожевых башен постепенно превратились в традицию, и сегодня мы собрались на башне крокодила Гены. Поскольку я не стал переводить название на местный язык, никто не понимал, что означают эти слова, подозревая что-то мрачное и зловещее.

Сегодня среди нас не было Повелителя зомби, трудящегося над моим особым заказом, а также Деррика, который в последние дни все свободное время старался проводить в подземельях, где пряталась от армии союзников его семья.

Отсутствовал также Хан орков, сославшийся на срочные дела.

На обед были фазаны и жареная баранина. Мы еще далеки от того, чтобы варить собственные башмаки и охотиться на крыс.

– За неделю, которую Бортис предоставил вам на размышления, – сказал Хэмфри, – они успеют чертовски хорошо подготовиться к штурму.

– У нападения есть преимущества перед защитой, – сказал Ланс. – Нападение само выбирает время, когда ему нанести удар.

– В лагере Бортиса вовсю трудятся плотники, – сказал граф.

– Я вот только не понимаю, зачем они засыпают ров, – сказал Хэмфри. – Гораздо проще навести переправу из досок.

– Сразу видно эльфа, – сказал Ланс. – Ты никогда не воевал с гномами, приятель? Они засыпают ров, потому что у них избыток гравия. Ты думаешь, они притащили гравий с собой, с равнин?

– Вряд ли, – сказал Хэмфри.

– Тогда где они его взяли, по-твоему?

– Они же гномы.

– Они роют подкоп, – сказал Ланс. – Точнее, бьют тоннель в горной породе. Это адски сложная задача, и никто, кроме гномов, не в состоянии с ней справиться. Зато когда они подберутся под фундамент Цитадели, они могут обрушить часть стены. Или даже башню. Например, ту, на которой мы сейчас сидим.

– Сколько им на это потребуется времени? – спросил я.

– Трудно сказать. – Ланс задумался. – Тоннель они начали вести вон за тем пологим холмом, поскольку иными причинами объяснить на его склонах такое количество пехоты просто невозможно.

– Что мы можем по этому поводу предпринять? – спросил я.

– По большому счету, ничего, – сказал Ланс.