Цвет мира - серый

Не понимаю я, зачем вся эта суета, зачем делать вид, что Тирен может что-то противопоставить Империи? Какой смысл в чисто символическом сопротивлении? Не разумнее ли сразу сдаться?

Я слышал, Гаррис неодобрительно относится к тем, кто сдается без боя, но он должен быть разумным человеком, черт побери! Так называемая «армия Тирена» состоит из пяти сотен рыцарей, примерно тысячи оруженосцев и нескольких тысяч необученного и плохо вооруженного добровольного ополчения. Разве такая армия может драться с десятками тысяч выученных профессиональных солдат Империи, которые имеют за своими спинами несколько лет боевых походов и сплошных побед?

Абсурд.

За обедом — есть мне не хотелось, но сидеть за столом пришлось, ибо таковы традиционные обязанности принца-я начал зевать. Сказывалась бессонная ночь.

Разговоров стало еще меньше. Относительно спокойно себя чувствовали только дипломаты из других государств, они почему-то считали, что им ничего не угрожает.

Странные люди — зная непредсказуемое поведение Гарриса… Впрочем, вряд ли нам грозит появление самого Черного Урагана.

Проснулся я от удара мечом.

Плашмя.

По бедру.

Такие удары любит отвешивать сэр Киван, который преподает мне фехтование. Таким образом он показывает мне несовершенство моей защиты. Но шансы на то, что это он забрел в мою спальню и решил чему-то научить меня во время сна, были невелики.

Не открывая глаз, я потянулся за мечом. Оружие исчезло. Обидно.

Тогда я открыл глаза и узрел здоровенного парня с широкой улыбкой и коротким мечом.

Глупая ситуация, к которой меня никто не готовил. Что делать, если в своей спальне вы обнаруживаете вооруженного человека? Звать на помощь? Пытаться его обезоружить? Попросить о пощаде?

— Вы кто? — поинтересовался я.

— Солдат без пальто, — сказал он. Ситуация стала еще глупее.

Я не испугался.

— И чего вам угодно? — спросил я.

— Мне угодно, чтобы ты пошел в тронный зал, — сказал парень. — Там все ваши собираются.

— Вы — имперский штурмовик? — решил уточнить я. Странно, но звуков битвы, которую мы, очевидно, проиграли, я не слышал.