Восстание Магов. Прижатые к земле.

— Так, еле как тебя выловил снова! — Гордыня держал за плечи того самого ребенка, с которым успел уже увидеться сегодня ранее — Фух! Остановился вроде! Ты знаешь, что это признак плохого тона игнорировать тех, кто пытается с тобой заговорить, да?

— Вы хотите меня о чем-то спросить, Гордыня? — и всё тот же, казалось, заранее прописанный стандартный ответ.

— Даже если и так, то он хотя бы говорит...

Да уж, немного странно ему было говорить о нормах приличия, когда он сам позволял себе в открытую выражать свои отвлеченные мысли прямо перед лицом собеседника, но на деле Гордыня просто этого совсем не замечал, так как его сильно волновало совершенно иное:

— Да, я хотел бы тебя кое о чем спросить.

Попытка свести всё в забавную шутку была еще более странным поступком, но глядя в ни капельки не реагирующие на его речь глаза со стороны, он просто не знал, как себя вести.

— Отец приказал нам с вами говорить — открыто заявил мальчишка — Он бы хотел, чтобы вы чувствовали себя здесь лучше, пока выздоравливаете.

— Если это такая забота, то пусть он засунет её себе куда подальше! — выругался на Адама Гордыня, пока его собеседник лишь непонимающе на него глядел — Бред это всё, если ещё мягко выражаться, друг мой! Ты хоть сам-то со мной говорить сейчас хочешь? А имя своё назвать?

— Меня зовут ЖА-55, приятно познакомиться, Гордыня.

— Блин, ты меня до мурашек доводишь этим своим обращением. Но неужели это всё? Больше ничего сказать не хочешь? — холодный взгляд со стороны ЖА-55 ясно давал понять, что в его программу совершенно не входила часть с ведением адекватного диалога — Ты с таким поведением больше на одну из странных машин внутри этой лаборатории. Вводишь команду, а она выдает результат. Но ты же человек, а не машина!

— А что в этом плохого?

Совершенно не ожидая услышать такого ответа, Гордыня в первую очередь поспешил проверить, не оказался ли за его спиной Адам, но еще раз все четко переварив, он понял, что ему ответил именно ЖА.

— И снова молчишь..., нет, ну, слушай, теперь тебе придется объяснить такое свое заявление! Обычные люди таким, знаешь ли, не бросаются просто так! — искренне и из последних сил пытаясь достучаться до него, произнес Гордыня.