Петр Романов. Клирик

Еще буквально несколько секунд стояла звенящая тишина, как сейчас все вокруг начало окружать меня обычными звуками, которые обычно по утрам доносятся снаружи от поместья: голоса слуг, девичий смех, шаги и беготня.

Практически не таясь, я раздвинул ветви кустов, шагнув через них, оказываясь перед летней беседкой, которая несмотря на осеннюю холодную погоду содержалась в ухоженном виде, как и уютный сад с прудом, находившемся поблизости. Сделав еще несколько шагов, я снова почувствовал довольно ощутимый толчок, понимая, что нахожусь в самом эпицентре или довольно близко от него.

Подойдя к ней ближе, но все еще держась на безопасном расстоянии, я осмотрел ее, не найдя ничего, что могло отличаться от той картины, которую я видел только что.

— Господин, вы сегодня рано, — раздавшийся голос заставил меня резко обернуться. Я не слышал приближающихся шагов или каких-либо иных звуков, поэтому появившийся буквально из ниоткуда мужчина застал меня врасплох.

— Я решил прогуляться, — выдавил из себя первое, что пришло на ум, удивленно разглядывая садовника, который держал в руках метлу и грабли и с удивлением меня рассматривал. Яркое мерцание, точно такое же, как шло от беседки окружало его с головы до ног, словно искажая в пространстве.

— Похвальное решение, но одевайтесь всё-таки по погоде. Не хватало вам еще заболеть и преставиться, как вашему батюшке, царствие ему небесное, — перекрестился он, после чего поклонившись мне, развернулся и направился в сторону небольшой клубы, земля которой была усыпана пожелтевшей листвой.

Только в моей реальности никакой клумбы на том месте не было. Там стоял пруд, которого не было и в помине. Что тут происходит? Я сделал шаг назад, как оглушительный звук, подобный удару колокола своей волной сбил меня с ног и отнес к тем же самым кустам, за которыми располагалось основное здание поместья.

— Ты что, еще не оделся? Вечно тебя ждать приходится. Иди собирайся, море само ко мне не приедет, — раздался буквально над ухом голос Петьки. Я даже не понял, как закрыл глаза, поэтому разлепив сомкнутые веки, смотрел на Волкова, который обеспокоенно заглядывал мне в лицо. — Ты чего тут валяешься?

Я резко вскочил на ноги, начиная озираться.