Мастер Ветра. Искра Зла

– Купец один рассказывал, мол, есть в дальней земле место, где люди верят, будто, умерев, возрождаются заново. В младенчике… 

Конь всхрапывал, косил большим лиловым глазом на кобылку и пригарцовывал. Стрельцу приходилось постоянно подправлять поводьями его неровный шаг. Соловушка сонно прикрыла глаза и коварно посматривала из-под длинных коровьих ресниц.

– И будто бы, как ты жизнь прожил, сколь добра сделал – измеряется. Ежели скотом в людском обличье жил, правды не ведал, так и возродишься в нищего или раба.

А коли по-человечески прожил и память добрую оставил, так и князем можешь стать!

– Забавно, – покачал я головой. – Чего только не придумают…

– Давно хотел спросить, – вдруг засмущался ученик. – Люди говорят, ты Басру Парелева тоже сказочным называл? 

– Ну да, – согласился я. – Про Спящих-то мы все точно знаем. И что были, и что по земле нашей ходили и людям помогали. И что силы были невероятной – одной рукой горы выращивали или стирали и в степь обращали.

И про камни Следов Спящих все ведают. Оттого и знак в нем разглядели, что пробуждения ждали. А про Басру чужестранного чего знаем? Кто его встречал? Кому он помог?

– А вот мы сейчас братца Парельца и повыспросим, – весело воскликнул Инчута, шпорами срывая заигрывавшего коня с места и уносясь к хвосту колонны, где бултыхался на смирном муле спутник принца. 

Придержав лошадку, я дождался, когда кому-то-брат и рыскавший вокруг и рядом лучник подъедут ближе.

– …Ты же жрец, – уговаривал парень, пыхтящего Пареля. – Суть – служитель. Так послужи своему Богу, расскажи о деяниях евойных!

– Чтоб ты понимал, варвар, – обмахиваясь куском ткани, жрец казался незыблемым утесом. – Рассказывать тебе о Всеблагом Господе нашем, Басре, то же самое, что козла обрядить в дружинную бронь да на битву пустить.

– А ну пару раз, мож, кого и боднет, – громко смеялся воин. – Да и я, мож, умишком раскину и кой-чего однова из десятки и разумею!

– Просто ему нечего рассказывать, – поддержал я Инчуту.

– Спящие среди нас ходили и чудеса являли любому, кто просить смел. И кто помощь какую спрашивал, все получали с избытком.

– Басра не стал бы фокусы показывать, – привычно ткнул пальцем в небо жрец. – И злато-серебро, как бросившие нас Создатели, тоже не раздавал! Ибо верит в человеков и любит. А кого любят, тому не монеты суют, будто милостыню нищим, а плечо подставляют.