Я не аристократ 2

Вся шерсть у него была в крови, но сразу видно, что в чужой.

Сергей не удержался, почесал своего монстра за ухом, и только потом повёл Пингвина с Фашистом в дом.

Марину Леха-Пингвин из рук не выпустил, так и занёс в сени, откуда пахнуло крепким конским духом.

В избе воины прятали лошадей. От жилой части эту странную конюшню отделяла только пара жердин.

Кони шумно дышали и переступали ногами, но Сергея это не смутило. Он подошел к небольшому столу из цельного спила здоровенного ствола и предложил всем присесть за него.

— Ну вот, это у нас тут типа «круглый стол», — пошутил он.

— Прям как в Камелоте, — усмехнулся Фашист и сел на трехногий табурет.

Пингвин посадил Марину на сундук и припёр к столу лавку.

Когда все разместились, Сергей вопросительно взглянул на Марину, и она вдруг растерялась — с чего начинать?

— Мы больше не в игре, — выпалила она.

— Это в каком смысле? — настороженно уточнил Пингвин.

— Этот мир, — девушка обвела руками вокруг себя, — настоящий. Не игровой. Его никто не создавал.

И она подробно рассказала обо всех своих наблюдениях.

О непонятном поведении неписей в лагере Андрея, о странных нападениях и изменениях волкомедов, о том, что за краем карты все «местные» ведут себя как живые и слыхом не слыхивали ни о какой игре.

— А я-то думаю, ну и программисты у нас пошли! — присвистнул Сергей.

— Да как бы она догадалась? — махнула рукой Марина. — Вчера я бы сама себе не поверила.

— Ну и что делать будем? — спросил Фашист.

Казалось, что он ничуть не удивлен. Как будто был готов к самому невероятному стечению обстоятельств. Пингвин же напротив — погрузился в глубокие раздумья.

Марина хотела сказать что-то умное, как вдруг почувствовала себя голой. Она взглянула вниз и, взвизгнув, прикрылась руками.

Фашист громко засмеялся, а Сергей подскочил, стащил с себя рубаху и протянул красной от стыда Марине.

— Не обижайся на меня, — сказал Фашист просмеявшись. — Ты ещё нас с Лехой в лесу не видела, когда на нас одежда пропала.

— Так с вами то же самое было? — спросила Марина, натянув Серёгину рубаху, закрывшую девушку до самых колен.

— А то! — продолжал веселиться Фашист. — Ща, пойду пошарю по дому, может, отыщу тебе чего из одежды.