Осколки клана. Том 1

Они с Ольгой Васильевной, видимо, действительно давно меня ждали, удобно устроившись в больших кожаных креслах возле чайного столика, на котором стояла початая бутылка хорошего коньяка и два бокала. При моём появлении учёная встала и, подойдя, представила в начале меня как своего подопечного, а затем и гостя:

— Знакомься, Антон, это Виктор Кравец — мой старый знакомый и очень сильный чародей, — она, улыбнувшись, придавила меня взглядом. — Он мне в своё время немного задолжал...

В этот раз точно таким же тяжёлым взором был удостоен чёрноволосый.

— …Так что он с радостью откликнулся на мою просьбу побыть твоим репетитором, — Ольга Васильевна подарила нам очередную обворожительную улыбку, расплескав по комнате ужасающую ауру, из-за чего оба вздрогнули. — Дело в том, Антон, что у Виктора эго чем-то схожее с твоим, в каталоге обозначенное как «Жидкая тьма». А потому он «согласился» помочь тебе в дальнейшем развитии, в том числе и рукопашных навыков.

Мы с мужиком синхронно переглянулись и, кажется, оба поняли, не сработаемся… Во всяком случае, что-то такое я прочитал на его лице. А опекунша, подойдя к столику и подхватив с него один из бокалов, промурлыкала:

— Мальчики, я надеюсь, вы меня не разочаруете?

Глава 3

Глава 3

— Ку! — чуть горбясь, мой новоявленный репетитор буквально вполз на десятое тренировочное поле, сладко зевая на ходу и потирая слезящиеся глаза. — Чо-как? Я что? Опоздал?

— Да нет, — поморщился я, заканчивая пятый разминочный комплекс, а затем грустно усмехнулся, чувствуя себя до отвращения бодрым на фоне явно невыспавшегося Виктора.

— Плохо, — буркнул Кравец, левой пятернёй пригладив свои длинные, явно нечёсаные со сна волосы. — Чародей, он как солдат или наёмник, должен уметь спать тогда, когда представляется шанс, хочет этого или нет.

— Кстати, что это за «ку» было? — нахмурился я, пожимая протянутую руку и вновь рассматривая этого человека.

Ростом мужчина был почти на две головы выше меня. И это учитывая, что я со своими ста семьюдесятью восемью сантиметрами мелким себя не считал.