Первая академия. Том 1

Пока они лежало на счету нетронутым, и Лиза могла ими спокойно распоряжаться, тогда как счета её супруга тоже были арестованы.

– Не думаю, что просить в долг у Петра Петровича – хорошая идея, – сомневался я.

– Но почему?! – воскликнула Лиза. – Он очень хороший человек и не откажет нам в помощи. Видишь, как он о тебе позаботился, когда узнал, что ты хочешь поступить в Первую академию.

– Это другое. В данном случае я ему – конкурент.

– Ой, глупости. Ну какие мы конкуренты?

– А как ты смотришь на то, чтобы выкупить кофейни нам с тобой на пару? Две трети будут, допустим, мои, а треть – твоя.

Сколько он запрашивает? Сто двадцать тысяч? Ну вот. Сотню наберём, ещё двадцать одолжим. Это ведь мой дед дал средства на открытие дела, а ваш отец выплатил едва ли пятую часть. Если Валентин их продаст, он останется должен мне кучу денег.

Лиза потёрла подбородок:

– Ой, знаешь, я ведь никогда не интересовалась такими вещами. Мы с Сергеем думали о том, чтобы вложить средства в какое-нибудь небольшое дельце… Ресторан рассматривали, помню.

Что ещё… Про ателье думали, про цветочную лавку. Я хотела либо цветочную лавку, либо какой-нибудь уютненький ресторанчик.

– Ну вот! Я тебе предлагаю хороший вариант. И ты будешь управлять компанией от моего и своего имени. Как тебе?

Лиза заулыбалась:

– Было бы прекрасно. Но я не могу сейчас дать ответ. Прости. Это мои последние сбережения.

– Даже не сомневайся. Кофейни пойдут в гору, мы хорошо на них заработаем.

– Но почему ты так уверен? – недоумевала Лиза.

– Так ведь хорошо дела идут. Я слышал… от отца. Он говорил, что фирма перспективная.

Снова пришлось соврать, я ведь не мог сказать, что через сто лет наши кофейни станут крупной сетью, сменив, правда, четырёх владельцев.

– Я всё-таки должна подумать.

– Само собой. Всё равно сделка в ближайшее время не состоится. Чтобы унаследовать выплаты по долгам, мне надо снова стать Дубровским. Кажется, придётся ехать в Ярославль раньше, чем мы планировали.

За разговором мы даже не заметили, как наступило время ужина.

Вспомнили об этом лишь когда за окном появился чёрный лимузин Петра Оболенского.

За ужином я пережил вторую волну вопросов, на этот раз уже от Петра Петровича, после чего мы втроём вернулись в гостиную и продолжили разговор о делах. Мне не нравилось, что Оболенский участвует в этой беседе. Пусть он и являлся партнёром и другом Василия Дубровского, но я воспринимал его, как человека чужого, который хочет забрать то, что принадлежит моему роду.