Книга 4. Апокалипсис сегодня, завтра и вообще.

Нам уже сообщили о прорыве магической науки – изобретения способа обойти запрет Надразумов магически, так что вполне возможно, что мы сможем обеспечить переселенцам быструю транспортировку к местам новой жизни. Отрадно, что и в Комиссии магии есть кто-то, не пальцем деланный. Надеюсь, они там все-таки отойдут от своей меркантильности и начнут вести себя, как подобает Людям Силы. Во всяком случае, тот алхимик, что приставал к нам с Сашей, вроде бы не бездарен. А Геспер? Ну, что Геспер – хороший администратор, рядовой карьерист.

…− Рад, что в такой сложный для России час вы проявили свой патриотизм, магистр, − Саша чуть усмехается, услышав за спиной робкое: «здравствуйте, господа кладоискатели».

− Разумеется, господин Дивногорский, − Геспер чуть приосанивается, − это наш священный долг перед Родиной и Магией!

Не удержавшись, фыркнула – пафоса у главы комиссии хоть отбавляй.

− Похвально, похвально,− муж тоже улыбнулся уголком губ, − хотя, насколько мне известно, ваша Комиссия изначально придерживалась более… космополитических взглядов.

− О, господин Дивногорский, это всего лишь ради сохранения и расширения наших знаний о Магии! Не вам мне рассказывать, как мало информации у нас осталось после веков гонений. Наши маги стараются найти, сохранить и преумножить любую кроху наследия предков, где бы они не находились.

− Вот как? − я сочла нужным обозначить свое участие в разговоре.

− Вы не поверите, сударыня, но недавно мы даже предприняли поездку в Северную Америку для полевых испытаний некоторых ритуалов и обмена опытом с американскими коллегами.

Мы с Сашей переглянулись.

− И каковы результаты?

− Должен заметить, наши специалисты оказались на порядок лучше, чем члены Американского ковена! – гордость напыжившегося мага можно было грузить составами.

− Замечательно, − Саша выбрал нарочито равнодушный тон.

− Я уверен, что если бы мы все-таки нашли взаимные интересы, то у нас нашлось бы много обоюдоинтересных тем и точек сотрудничества!

Только пожав плечами на прорвавшуюся канцелярщину в речи бюрократа, я потеряла к нему интерес, впрочем, все равно продолжая краем уха отслеживать разговор с ним мужа. Что поделать, привычка!

− Мы уже высказали наше мнение, и оно остается неизменным, магистр Геспер.