Демон-вымогатель мелочи

Да она ничем не лучше Базы — смотри, какую разруху учинила! Нужно брать ее, пока есть возможность.

И медленно, с опаской отмеряя каждый шаг, двинули к ее распластанному телу.

Первым очухался Ватер Гиор. Для того чтобы восстановиться и суметь подняться на ноги, ему потребовалось не больше пары минут — для демона соуллайн оказался не таким выматывающим, как для человека.

Размяв все косточки по очереди, затем шею и бока, он, прихрамывая, подошел к Глу и приподнял ее.

— Что за черт?! — испуганно попятились назад полицейские, видя, как тело девушки поднялось само по себе, словно на невидимых веревках.

Перед тем, как улизнуть, Гиор печально взглянул в лицо своей спящей подруги, держа ее на руках, и произнес:

— Пора, Глу…

Наконец кистью исполнил замысловатую манипуляцию, и их окружил непроглядный водяной пузырь. Когда пузырь лопнул, ни демона, ни девушки внутри уже не было. Бедолагам-полицейским только и оставалось, что вздохнуть и дураками заковылять обратно к машинам.

***

Глу пришла в себя спустя минут семь после того, как Гиор оттащил ее на какую-то заброшенную стройку.

Солнце давно зашло, и на улице стоял вечер.

Привстав, грешница зевнула так, точно проспала целую неделю. Затем погладила все еще побаливающую нижнюю челюсть и не спеша поднялась на ноги.

Ее демон сидел рядом на горке порченых кирпичей и, понуренный, игрался с камушком.

— Эй, Гиор, — голосом немощного больного позвала она его; тот, возбужденный, тут же подскочил и быстро затопал к ней.

Ватер Гиор помолчал. Не думал он, что она начнет именно с этого.

— Глу, мы ведь… — замялся было он.

— Победили? — закончила за него Глу. — Знаешь, мне, конечно, грех жаловаться — все-таки драка оказалась лучшей из всех, в каких я когда-либо участвовала, — но победу мы не одержали.

Демон в недоумении сдвинул брови. О чем это она?

— Скажи, что ты с нами сделал? Это ведь был не бодилайн, так? Тогда что?

— Я не знаю… — виновато опустил голову Гиор.

Глу сокрушенно вздохнула:

— Ну что такое? Успокойся уже — и ответь нормально. Что ты там бормочешь — я ни черта не разберу.

Но тот больше ничего не сказал — понял, что так и не сможет собраться с мыслями и высказаться доходчиво, и потому умолк.

— Ладно, проехали, — махнула Глу рукой.