Следопыт и Рыцарь

Но десятки раз ошибётся тот, кто скажет, будто тракт единственная дорога, ведущая в центр владения. Не имелось во Флоре дорожки, тропки и даже крошечной горсти земли, нехоженой торговцами. Сюда стекались покупать и продавать, менять и предлагать, глазеть и мечтать со всех северных земель Нэ̀йрвы, именуемых народом «верхняя Нэйрва». Монарший указ века назад внёс сие название под запрет, дабы не обострять рознь между историческим севером и югом. Но что поделать, люд не хотел переучиваться. Даже чудных обитателей Тенистого леса, вызывающих у жителей всех остальных владений множество домыслов и шепчущих разговоров, любой северянин сходу бы назвал кровными и самыми-пресамыми родными братьями, коли пошёл бы спор с жителями юга, в народе прозванного «нижняя Нэйрва».

Путники без препятствий и заминок покоряли дорогу. Шанс добраться в желанный город к сумеркам обретал осязаемость. Даже Торн повеселел, про себя наконец согласившись с разумностью поездки в неожиданном для супостатов направлении.

– Проголодалась? – внезапно спросил Соррел с нежностью в голосе.

– Немного. Но я понимаю…

– Давно б сказали, миледи. Крошечка заморить голодок найдётся.

Откинув в сторону заднюю часть плаща, Вельд ловко расстегнул небольшую поясную сумку. На свет показались крошечный мешочек и нечто завёрнутое в белую ткань.

– Ты наш выручитель!

Соррел воодушевлённо сверкнул глазами, принимая припасы и с любопытством рассматривая их содержимое.

– Спасибо, сир! – Дабби потребовалась вся сдержанность, чтобы не жадно накинуться на съестное, а есть как полагается леди.

– Приятного аппетита, миледи! И не «сир» я никакой. Мы титулов не держим.

– Следопыты глубокоуважаемы в Тенистом лесу, но они не как рыцари. Они служат без титула, любимая.

– Как так? Почему? Как же клятвы верности? Поединки доблести? Обещания чести возлюбленным?

– Боюсь, настоящее рыцарство не совсем таково, как на страницах романов.

– Именно таково, миледи. – Ранее сохранявший молчание Торн с готовностью встал на защиту собратьев. – Бывают среди рыцарей редкие подлецы, не чтущие порядков и обещаний, но их мало. Так мало, что говорить о них не стоит. Творцы ваших книжек вдохновлялись образами из всамделишней жизни. Восхвалили подлинные идеалы.