Книга 2. Том 1. Большие перемены.

Та, что чуть потолще, в теплом пуховом платке поверх линялого пальто когда-то синего цвета, пронзительным, перекрывающим даже гомон рынка, голосом, просвещала подругу:

– А я те грю, Семеновна, что это все враки! Не может быть, чтобы на нас с неба что-то свалилось!

– А я тебе говорю, что может! – не сдавалась ее товарка в коричневой кожаной куртке слишком большого размера и в вязаной шапочке, – вон, вчера по телевизору показывали: в космосе пролетел каменюка и сдвинул землю набок!

– Дура ты, Семеновна! Я у батюшки в Георгиевской часовне спрашивала, так он говорит, что враки все это.

– Это ты дура, Михайловна! – огрызнулась Семеновна, – совсем из ума выжила, у попов спрашивать, что в космосе творится! Твой поп ничего дальше пуза своего беременного не видит, кроме «Библии» книг сроду не читал! Мне соседка рассказывала, что этот поп твой еще десять лет назад на рынке рекетирствовал, с челноков дань собирал! А теперь, гляньте, люди добрые, святоша какой выискался! Патлы отрастил, слова красивые выучил! А внутри как бандитом был, так и остался!

Я хмыкнула: кажется, народ не забыл лихих годов перестройки и поименно всех тогдашних «героев» запомнил! И тех, кто государство целыми составами за границу перегонял, и тех, кто в подворотнях или на рынках грабил… Сколько их в могилах теперь лежит? Немногие, кто выжил в бандитских войнах, теперь остепенились, поменяли и внешность, и род занятий, но от клейма народной молвы не отмоешься.

Вот только недаром есть поговорка: «тот же Егорка, да в новой ермолке!»

Нет-нет, да проглянет глубоко запрятанная волчья суть, покажет зубы. И начинается скандал да расследование: один бандит, лет десять числящийся в розыске, оказывается, уже много лет при такой-то церкви служит.

Еще пришло в голову, что, видать, не боится Семеновна этого попа-бандита, раз кричит во всю Ивановскую. Знать, он крепко на крючке сидит у органов, что рыпнуться не может. Вон, и Михайловна примолкла, видать, не хуже товарки знает, сколько грешил в былые годы этот «батюшка». Против фактов не попрешь.