Книга 2. Том 1. Большие перемены.

Елена подозрительно осмотрела пельмень и положила в рот. До подхода осведомителя было время подумать и сориентироваться. Старый еврей юлил и вилял, но вцепился в возможность заработать и согласился помогать. Впрочем, Елена не собиралась открывать до поры, до времени все карты и ограничилась общими фразами про место, где можно будет разжиться классным товаром.

А сама отправилась на встречу с осведомителем. Бывший водитель одного из «важных людей», живший в коммуналке на Петроградской стороне на небольшую пенсию, приторговывал оставшимися со старых времен связями и информацией.

Она почти доела пельмени, когда заметила нужного человека:

− Привет, пигалица, − к ней подвалил осведомитель, − не составишь компанию старику?

− От чего не составить, коли пивком угостишь, − отозвалась шпионка, ловко и незаметно перекинув собеседнику сложенную купюру.

− Пивко не проблема, − подмигнул тот и поднялся, – а девчонок я люблю.

Плюхнув на стол две плохо помытые кружки с дешевым пивом, он прищурился на женщину:

− Значит, говоришь, дело свое начинаешь?

− Да, вроде того. Можешь разузнать вот об этом месте? – Елена черкнула в блокнотике адрес.

Информатор прочитал и задумчиво прищурился:

– Десять кусков. Люди серьезные…

– Вот задаток, – Елена пододвинула купюру, – когда будет информация?

– Неделю придется подождать.

– Договорились.

Шпионка резко поднялась и в два счета выбралась из кафе, по привычке тут же нырнув в подворотню и через чердаки и подвалы перебравшись за несколько кварталов от забегаловки, в людные районы, где слежка почти невозможна.

…и снова район Белой дачи…

К обеду вернулся Саша с тревожными новостями: хотя шанс мизерный, но новоявленные «родственнички» могли по суду что-то вытребовать. Юристы внимательно ознакомились с документами и сообщили, что если те сумеют доказать, что в то время были стеснены в каких-либо условиях (жилищных или материальных), то суд сможет счесть это смягчающим обстоятельством и решить, что они имеют право возобновить родственные отношения.

Другое дело, что в тот период никто из родственников не был в стесненных обстоятельствах, а вовсе даже наоборот: Саша в свою очередь поднял архивы и получил исчерпывающую информацию о «вражеской стороне».