Дневники Странных Путей. Книга 1.

Полковник улыбнулся в усы и неторопливо пошагал к своей, припаркованной невдалеке, верной «семерке».

11…та

– Простите, можно присесть? – мужчина держал в руках поднос, – а то везде занято…

– Да, конечно, – убрала свои вещи за спину и вернулась к чтению.

От обеда за книгой меня оторвал звонок:

– Привет! – поздоровался Рамирос, – ты на обеде?

– Угадал, решила в ТЦ выбраться.

– Я послезавтра прилетаю. Какие у вас новости?

– Мы с Вадиком кое-что нашли, надеюсь, стоящее. Приедешь – расскажем.

– Отлично. А какие еще новости?

– Да больше ничего особого. Работа-дом-клуб. Вот и все передвижения…

– Полковника видела?

– Вчера столкнулась с ним в библиотеке, поболтали на тему Великой Отечественной, он просил поинтересоваться у деда кое-какими деталями Курской дуги.

– Ясненько. Ладно, тогда до встречи!

– До встречи.

Закинув в рюкзак мобильный, обратила внимание на то, что мой сосед по столику внимательно разглядывает корешок книги. Сообразив, что алфавит Мира Броу серьезно отличается от земных, постаралась сохранить внешнюю невозмутимость.

– Прошу прощения за излишнее любопытство, но что это за язык?

– Одна из веток санскрита, – несколько сухо ответила я.

– Ого!.. Вы владеете санскритом?

– На уровне любителя, –склонилась к книге, намекая, что разговор закончен.

– Вы, наверно, историк? – не сдавался мужчина.

– Просто любитель.

– О, а я вспомнил, где вас видел! То-то, думаю, знакомое лицо… Вы, часом, не бываете в Клубе Кладоискателей?

«Конкурент?»

– Да, бываю, – осторожно ответила.

– Отлично! Я тоже член клуба, – мужчина слегка откинулся на стуле и широко заулыбался, – так что мы с вами коллеги…

– Прошу прощения, я хотела бы почитать, – слегка раздраженно перебила разглагольствования прилипалы.

– Извините… – сосед сник и занялся едой.

«Надо было сказать, что не состою в клубе…», пришла запоздалая мысль.

13…та

На Рамиросе была не привычная одежда стиля «милитари», а классическая куртка бежевого цвета, костюми светло-голубая рубашка. К тому же, он был идеально выбрит, хотя с любимой прической не расстался.