Верховный Хранитель. Ошибается каждый

– Оригинал контракта был уничтожен при пожаре в Александрийской библиотеке, ты даже доподлинно не знаешь, о чем в нем говорилось.

– К счастью, сохранились выдержки из контракта, выписанные первым архивариусом Александрии, – я поднял над головой свиток, демонстрируя его лесному народу. – Древние маги были отнюдь не глупы, а потому ты не можешь причинить серьезного вреда никому из людей. Именно поэтому я все еще жив и все еще говорю. Ты обременен условиями контракта, которые, между прочим, уже нарушил. Последний шанс, заклинание, которое ты использовал, погубило уже очень многих.

– Ты ошибаешься, – юноша обворожительно улыбнулся. – Я действовал в интересах лесного народа, сохранял природное наследие, а значит, нарушения контракта не было. Даже если мои действия косвенно навредили некоторым людям…

– Это уже неважно, – перебил я духа. – Согласно положению номер двадцать шесть, принятому на международном магическом собрании от двадцать седьмого августа тысяча двести пятьдесят восьмого года от падения Атлантиды, духи, призванные из других миров, не могут занимать руководящие должности в нашем мире…

– За исключением контрактов, заключенных до принятия данного положения, – продолжил за меня юноша.

– Именно так, – кивнул я. – Контракты заключенные ранее расторгаются по усмотрению Верховного Хранителя.

Улыбка сошла с лица Хозяина леса. Он все понял.

– Ты можешь обратиться с последними словами к своему народу, – немного подумав, предложил я.

– Это очень благородно с твоей стороны, – кивнул Хозяин леса и развернулся ко мне спиной.

– Властью Верховного Хранителя я расторгаю твой контракт, дух, именующий себя Хозяином леса! Силою, подвластной мне, заклинаю тебя покинуть мир людей!

Портал в мир духов темной воронкой открылся под ногами юноши.

– И ты помни меня… – едва успел произнести Хозяин леса, на мгновение развернувшись к нерешительно застывшей Нике.

– Нет! – вскрикнула она и упала на колени перед мгновенно затянувшимся порталом.

– Мне жаль, – практически искренне произнес я.

– Когда ты понял? – чуть слышно спросила девушка, вытирая выступившие слезы и даже не делая попыток подняться.

– Как только ты открыла мне дверь дома, – пожал я плечами.