Цвет прошлого

Сражаться, а не договариваться, чтобы не признавать свою слабость и бессилие.

- В пути мы встречали..., - я замялся, не зная, как описать это, - странные сгустки Подлинных цветов, внезапно возникающие и также внезапно исчезающие. Один такой убил гнавшихся за нами Мастеров, другие только следили, хотя и готовые напасть...

Могучий ответил не сразу, словно обдумывая ответ или же пытаясь понять мои слова.

- Думаю, что такими ты увидел чужих хозяев.

- Значит, твой выглядит также?

- Для тебя — да. Для меня — иначе. Но я и вижу по-другому, не как ты.

Я машинально кивнул и вдруг растерянно понял, что, по сути, спрашивать то не о чем. Вопросы о том, что меня и впрямь волновало, уже заданы. Любопытно, конечно, узнать, почему здесь так тепло, с кем бился Могучий вчера, что делают хозяева, отчего враждуют с людьми. Десятки вопросов кружились в моей голове, но без любого из них я мог обойтись. Куда важнее оставшаяся одна Фиори. Вряд ли ей что-то может угрожать, учитывая бдительность хозяев. С другой стороны, не стоит оставлять ее наедине с тоскливыми мыслями, вымотанную болезнью.

В этот момент в наступившей тишине, которую нарушал лишь шелест листвы и журчание водопада, тихо и ясно зазвучала тонкая мелодия. Она осторожно и робко скользнула по водной глади, перескочила в листья плакучих ив и, набрав силу, развернулась во всю ширь. Прижалась доверчиво и ласково, успокаивая и ободряя. Боясь нарушить очарование момента, я замер, стараясь не шевелиться.

Несколько мгновений, которые длилась мелодия, показались часами, невероятно прекрасными, полными счастья и радости.

- Это играла Хозяйка, - почтительно произнес он, заметив удивление на моем лице. - Тебе повезло, она играет не каждый день.

Чувствуя его волнение, я не стал задавать лишних вопросов. В конце концов, у каждого есть свои секреты.

Когда я вернулся к окруженной дубами поляне, Фиори по-прежнему спала. С сожалением посмотрев на ее по-детски мягкое лицо, я осторожно разбудил девочку, чтобы напоить отваром. Посмотрев на заходящее солнце, взбил сено поудобнее, расстелил плащ. Тонкие, будто позолоченные листья свода еле различимо звенели, и в этом звуке слышались отзвуки недавней мелодии.