Математик Боя. Возвращение

Он без страха, и даже иронично, смотрел прямо в глаза Девятихвостого и будто бы давил на Лиса одним этим взглядом.

Вздохнув, мужчина остановился рядом с Кушиной.

— Если бы он не был так ослеплен ненавистью, то не стал бы нападать, — поделился он с молодой Узумаки. — Он бы пустился бежать.

Все вокруг затряслось, Лис вновь зарычал, рыпнулся, но не смог вырваться из цепкой хватки невесть как оказавшегося в его клетке Треххвостого. Кушина ошеломленно наблюдала за тем, как печать на вратах клетки истлевает.

А потом она моргнула и вновь оказалась на полигоне. И никаких ощущений от Девятихвостого.

— Ох и постарел… — тем временем продолжила тискать в своих объятиях пришельца Мито-сама.

— И не я один, верно? — усмехнулся в бороду тот.

— Ушли те года, когда на меня засматривались все мужчины селения… — притворно вздохнула Узумаки. — Ну… и в этом есть хорошая сторона — больше не нужно отшивать всех подряд.

— Я, ам… — Кушина несмело шагнула вперед.

Странный мужчина улыбнулся, отстранив от себя Мито, и посмотрел на нее. По одному этому взгляду молодая Узумаки поняла, что он и правда был там. Что ей не привиделось.

Но он же не был Учихой. Джинчурики с детства учили, что оказаться в клетке Кьюби помимо нее могут лишь представители красноглазого клана. Хотя, возможно, лучшие из мастеров Узумаки могли бы. Или же другой Джинчурики, при определенных условиях.

И только тут Кушину осенило — Треххвостый! Тот монстр, что остановил рывок Лиса — другой Биджу.

— А-а-а… — потянула Мито, махнув на нее рукой. — Извини ее за манеры — девочка не жила в клане с пеленок. Ученица, поздоровайся как подобает. Преклони голову — перед тобой глава клана. Узукаге-сама.

— Узукаге-сама? — переспросила девушка.

Она многое слышала об этом человеке. Как куноичи, как ученица Мито, как жена Минато и как джинчурики. Однако, она никогда не представляла себе такое с ним знакомство.

— Кушина-чан, верно? — Математик Боя протянул ей руку. — Рад с тобой познакомиться.

***

Мито-сама постарела… однако, ее боевые навыки все еще были столь высоки, что Сенсома не стал прерывать их с действующей джинчурики Конохи поединок, а решил насладиться им.

Молодая Узумаки была сильна и яростна, но она напомнила Сенсоме сына Третьего Райкаге — слишком мало опыта для того, чтобы раскрыть свой талант.