Математик Боя. Возвращение

И если «да», то почему не захватил его самого?

— Забавно, — наконец изрек Изуна, полностью осмотрев Хокаге. — Ты мне очень сильно напомнил кое кого. Шоурай.

Вот теперь не только Ооноки — отшатнулись все, кто не был под контролем кукловода. И все дружно и пораженно смотрели на лично пришедшего к ним союзника. Раньше они знали его как голос из разных ртов. Как паука, что невидим. И как надежного союзника, желающего власти и силы.

А теперь он встал перед ними во плоти. И эта плоть их поразила.

— А ты не особенно удивился, союзник, — усмехнулся Дан той самой усмешкой, что не шла никому из его марионеток.

— Но этого следовало ожидать. Будь ты менее умен, и я бы давно тебя поработил. Кого я, кстати, тебе напомнил?

— Секрет, — Изуна подпер подбородок ладонью, уже в открытую любуясь Даном и зная, что Шоураю это неприятно. — Итак, ты здесь. Верно ты хочешь в этом сражении бросить все свои козыри на стол?

— Я уже их бросил.

Шоурай мог бы рассказать, что с утра закончил все дела Конохи на месяц вперед.

Политические, медийные, гражданские — вообще все. Некоторые даже за тех, кто стоял ниже него рангом — пускай бездельничают. Если сегодня ему суждено будет проиграть, он будет полноправным Хокаге еще месяц.

Он мог бы рассказать о слезах в глазах жены. Мог бы, но не стал. Ибо это — плохая примета.

Тем временем Карума, до того пристально присматривающийся к рослому мужчине, стоящему подле Като, подошел ближе. И набычился, смотря на очередную марионетку.

— Ты даже его захватил, — процедил он, глядя на Дана.

— Я хотел прикончить его сам. И доказать, что я лучше.

— Если хочешь, я исполню твою просьбу, — усмехнулся клон, вместо оригинала, проведя рукой по усам. — Но после боя.

— Тогда не подыхай. Не доходи до Восьмых.

Марионетка ответить не успела. Хотя клон-Шоурая и хотел этого, но их прервали. Низкий и глухой гул разнесся по всему убежищу, находящемуся глубоко в пещерах под землей. Разнесся практически единовременно — все ощутили его разом. И все же явственно ощутили угрозу, которую нес в себе этот гул.

— Отряду «мясо» выдвигаться на поверхность! — тут же среагировал Зак, играющий роль главного стратега. — Шестому и девятому подразделениям выстроиться стеной! Минута пошла!

Акацуки не шевельнулись, но как-то незаметно и разом изменились. Мгновенно. Только что начался их главный бой. Хотя все про себя называли его «последним». Но все они, вдруг, утратили робость и страх.

— Он идет, — произнес Шоурай, сложив руки на груди.