Математик Боя. Возвращение

— Биджу! — выругался Хицугая и бросился было за ним.

Но его остановил взмах рукой от неожиданного союзника:

— Ты не догонишь его, Ледяной! Не трать время и силы.

АНБУ Страны Воды зло прищурился и повернулся к «союзнику». И этот шиноби был знаменит — великий Минато Желтая Молния — ренегат и предатель Конохи. Хицугая знал о нем многое, кроме… всего, что реально было важно. Но более всего теперь ему было интересно…

— Что ты знаешь?

Холод в его голосе соответствовал льду техники, которую он вот-вот готов был обрушить на слишком осведомленного джонина-нукенина.

Но только тогда, когда все для себя выяснит.

— Я… — произнес новый голос, хотя Минато и с места не сдвинулся.

Хицугая обернулся.

— Я многое знаю о тебе, Ледяной… Слишком многое, — сказал, улыбаясь ему в глаза, Четвертый Хокаге.

Решение и информация о корнях

Сенсома мощно, с силой, опустил руку сверху вниз. Он двигался неспешно, так, чтобы его движения могли видеть все — даже Омо-чан, наблюдающая за началом спарринга.

Тем не менее, несмотря на его малую скорость, сила движения никуда не делась, и простой костяной блок пожилой Кагуи Аммицури попросту смело.

Женщина отшатнулась, закрутилась вокруг своей оси, давая инерции удара ослабнуть, но не полностью, и тут же бросилась на Математика Боя вновь! Она была сильна, эта Кагуя — самая благоразумная и старая из своего рода. Малочисленного, теперь, рода. Строго говоря, в мире осталось лишь два члена клана: она и ее совсем молодой внук Кимимаро.

Однако, такая малочисленность говорила не о слабости клановых приемов и техник…

Совсем наоборот!

Аммицури вырастила из атакующей руки две острые кости и ловко атаковала ими ведущую ногу Сенсомы. Бог Шиноби не заметил этого удара сразу, а потом чуть ускорился, смазываясь в движении и спасая конечность от бритвенно-острых костей. По опыту он знал — его пассивную защиту старая Кагуя преодолеет шутя. Но вот с активной защитой Математика Боя ей было не тягаться — приемы, захваты и стойки Сенсомы сменялись одна другой, плавно превращаясь в танец битвы.

Вернее, это для всех наблюдающих казалось танцем — для самого Сенсомы это было математикой.

— «На ее месте я бы сделал подсечку, а потом резкий апперкот», — размышлял перерожденный, наблюдая за движениями противницы. — «Но я не на её месте. Атака в ноги не прошла, так что она станет бить по рукам.»

И верно, Кагуя взмыла в воздух в затяжном прыжке, повернув голову к полу.