Математик Боя. Возвращение

Тем более, как истинный шиноби, Какузу не стоял на месте и развивался с каждым годом своей невыносимо долгой жизни.

Но сейчас известный нукенин и охотник за головами лишь напомнил своим видом Первого Хокаге. Воскрешенного тогда, двадцать три года назад, в почти такой же пустыне. Сенсома отчетливо вспомнил, как он валял, пинал и отрывал конечности двум великим братья Сенджу — Хашираме и Тобираме. Уже тогда они не были ему достойными противниками.

А уж этот…

— Что-то я и правда заскучал, — пробормотал Сенсома, не обращая внимания на приближающихся противников.

Ладонь вошла в плоть нукенина, будто раскаленный нож в теплое масло. Он не почувствовал никакого сопротивления, когда превратил сердце Какузу в труху всего лишь движением ладони. Скорость была такая, что наемник не успел затормозить и со всей дури врезался в стоящего памятником самому себе Бога Шиноби!

Половину его тела буквально размазало по вставшей дыбом синей чакре Исобу.

— Легче, Сенсома, легче, — успокоил его Биджу из глубин сознания.

— Да, учил, — Сенсома махнул рукой, и Майко с Каамару снесло ударной волной прочь. — Ты прав. Нужно поговорить с Орочимару. Незачем нам спешить.

Он шагнул вперед и быстро прыгнул в затяжном и высоком прыжке отправляясь туда, куда его ударом выкинуло его самого талантливого ученика. Рухнув рядом с регенерирующим телом, Сенсома сверкнул золотыми глазами и стал наблюдать.

Почти полностью уничтоженный сокрушительной атакой учителя, Орочимару восстанавливал тело полностью. И в этот раз техника возрождения была никак не связана со змеями — он смешивал свою плоть с песком, заменяя повреждения на песчинки и превращая их потом, с помощью чакры, в себя самого.

Сенсома даже залюбовался интересной техникой, но тут до его ушей донесся грохот битвы.

— Чие не справляется, хм? — огладил Математик Боя бороду. — Ну что ж… лежи, Орочимару, восстанавливайся.

Он разогнался, вспоминая юношество. Те дни, когда величайший в мире мечник — Миямото Мусаси, обучал его бегу воина.

— Ты, пиздюк, — вещал он наставительно, смотря за попытками парня. — Ногами перебираешь по земельке. Ну и ручками-хуючками помогаешь. Это полная хуйня!

— А чем мне, хером, что ли, перебирать?! — резко огрызался молодой Сенсома.