Математик Боя. Возвращение

И это послание несло смерти.

***

— Я не оставляю жизни просто так, — Сенсома покачал головой и посмотрел на раненого Шиццу. — И с Эбизо… было почти так же.

— Новый Райкаге поддержит наш фронт, отлично! — крикнул ему Хирузен. — Тогда продолжаем!

— Нет уж! — мотнул головой Изуна и быстро сложил печати. — Тогда мы заканчиваем!

Сенсома вздрогнул, почувствовав, как много чакры вбухал в свою технику Учиха, и вместе с ним взвыл Лис, у которого только что буквально вырвали кусок его естества. Шоурай, раздраженно сплюнув, подхватил раненого Каруму и прыгнул к Учихе с Биджу.

А Сенсома, не обращая на них внимания, смотрел на приближающийся к ним метеорит.

Вспышка чакры известила его о том, что ослабленный Шоурай забрал с собой Изуну, Каруму и Лиса, оставив Шиццу с женой на произвол судьбы.

Старший сын был потрясен видом такой могучей техники, как, впрочем, и все остальные здесь, кроме Сенсомы.

— Я читал отчеты, но это… — Хирузен выдохнул дым, задрав голову.

— Нам конец, — твердо сказала Сануми, подвигаясь к мужу. — Мы так и не найдем Сасори…

— Он сильный, он выживет, — успокоил ее Шиццу, пригладив волосы. — А мы хотя бы заберем… этого.

Сенсома усмехнулся и покачал головой. Его броня растаяла, вновь являя миру его выдающееся тело, а глаза прищурились совсем по-стариковски. Да, пожалуй он был доволен сегодняшним днем. Сразу две битвы с сильными противниками, одну из которых он почти не смог закончить — как будто день рождения какой-то.

— Ты ошибаешься, сын, — произнес Сенсома, проходя мимо вздрогнувшей пары. — Меня никто никуда не заберет. А вот я намерен тебя украсть. По крайней мере, пока мы все не решим.

— Ты потратил слишком много сил, старик, — отмахнул уставший возмущаться мужчина.

Сенсома лишь улыбнулся шире:

— Я знаю. И мне не впервой.

Кто ты такой?

— Ублюдство! Скотинизм! Бред!

Шоурай застыл, давая телу отдышаться, и тут же переместился в дальний край кабинета! Там было зеркало, которое всегда, до этого, показывало ему сильнейшее существо в мире — идеальное сознание и проводника Познания.

Да, он все еще был невозможен в этом мире, но… оказывается, существует еще кое-кто настолько же невозможный. И куда более величественный.

Резкий удар кулака разрушил зеркало, заставляя его осколки со звоном падать на пол и отражать, в своем падении, десятки перекошенных лиц.